Книга Повелительница, страница 156 – Юлия Белова

— Она правда… начнёт войну из‑за нас? — не поворачиваясь, шёпотом спросила Тамиша. Её голос дрогнул, будто она боялась услышать ответ.

— Для Повелительницы угроза жизни внукам Повелителя Джихиньяра — не пустой звук, — твёрдо ответил Анаташ. — Своей попыткой убить принца Греш Анирьер бросил вызов лично Повелительнице и всей Аркахалле. Она никогда не позволит, чтобы этот случай сошёл ему с рук. К тому же она сделает всё, чтобы вернуть принцу то, что ему полагается по праву рождения.

— Но… почему? — тихо выдохнула Тамиша, всё ещё глядя в окно.

— Почему Повелительница защищает ту, что убила её ребёнка и едва не убила её саму из‑за глупой обиды и ревности? — закончил за неё советник, внимательно наблюдая, как побледнело лицо девушки.

— Вы знали? — едва слышно спросила Тамиша, медленно оборачиваясь к нему.

— Знал, — кивнул Анаташ. — Хотя ваш отец и постарался всё скрыть, чтобы ни единая душа не узнала о том, что вы натворили. В первую очередь, чтобы не узнал Одаш, на тот момент будучи ещё мензином. Скажу честно, — после небольшой паузы добавил старик, и его голос стал мягче, — будь я на месте госпожи, даже не знаю, как поступил бы.

— Вот именно! — неожиданно вскочила на ноги девушка, её голос зазвучал резко, почти отчаянно. — Я причинила ей столько боли! По моему приказу ей подали яд… Но она… Почему она всё ещё защищает меня?!

— Тамиша, Тамиша, — покачал седой головой советник, и в его взгляде читалась глубокая, выстраданная мудрость. — Ты так ничего и не поняла. В этом и есть Анна. Она никогда не оставит того, кто будет нуждаться в помощи. Просто не сможет пройти мимо.

Он сделал паузу, давая ей время осознать сказанное, а затем продолжил:

— Да, возможно, сделает это так, что никто и не поймёт, что в этом была причастна именно она. Подтолкнёт кого‑то сделать это чужими руками, но направление задаст именно она. Всегда и во всём она поступает по совести, а понятие чести для неё — не пустой звук. И уж точно Анна из тех людей, которые считают, что дети не должны платить по счетам родителей. Оглянись. Сейчас Аркахалла уверенно идёт к своему величию. И это возможно только благодаря Анне. Повелитель Одаш понимал это и поэтому оставил её своим преемником.

Тамиша ничего на это не ответила. Уронив руки по бокам, она просто смотрела в одну точку, не в силах что‑либо сказать. Весь её мир только что разбился вдребезги — старые убеждения, ненависть, обида — всё рассыпалось, обнажая под собой что‑то новое, непривычное. Она вдруг осознала, что всё это время судила Анну по себе, не понимая, что существуют люди с совершенно иными принципами, с иной мерой сострадания и справедливости.

Больше всего она не хотела признавать, что ошибалась. Что её ненависть была слепа, а суждения — поверхностны.

— Что же, я пойду, — сказал советник, поднимаясь со стула. Его движения были неторопливыми, почти ритуальными. Он задержался у двери, бросил на Тамишу последний взгляд — полный сочувствия, но без жалости — и покинул комнату, оставляя Тамишу в полном разладе чувств.

Тишина накрыла комнату, как тяжёлое одеяло. Тамиша медленно опустилась на кровать, обхватила колени руками и уставилась в окно. Закат окрасил небо в багряные тона, словно напоминая о пролитой крови.