Книга Императрица, страница 186 – Юлия Белова

Анна вела его по дворцовым коридорам, не произнося ни слова. Войтан оглядывался по сторонам: по приказу Повелительницы слуги наводили здесь порядок. Они оттирали стены, отмывали полы, начищали до блеска бронзовые ручки и карнизы — словно стирали с дворца саму память о вакхалийцах, вытравливали их след, будто пятно, въевшееся в камень.

В конце концов они оказались на заднем дворе, рядом с конюшнями. Но Анна не остановилась — она продолжала идти вперёд, по узкой тропинке, терявшейся среди зарослей.

— Трианна? — позвал её Войтан, голос его прозвучал чуть растерянно. — Куда мы идём?

Повелительница замерла и огляделась. Дворец давил на неё, сжимал грудь невидимыми обручами. Именно поэтому при любой возможности она стремилась вырваться на воздух, чаще всего — в сад, где тишина была настоящей, а не натянутой, как струна.

— Трианна? — снова позвал он.

— Анна, — поправила она, оборачиваясь, и в этом жесте было что-то окончательное, словно она ставила черту между прошлым и настоящим. — Теперь меня зовут так.

— Анна, — послушно повторил Войтан и замолчал, будто пробуя имя на вкус, привыкая к нему.

Анна всмотрелась в него, словно пыталась разглядеть сквозь годы разлуки того самого мальчишку, с которым когда‑то убегал от няни. Но время изменило не только её. От прежней улыбки почти ничего не осталось — теперь на лбу Войтана залегли глубокие морщины, будто он слишком часто хмурился, а шрамы на лице и шее рассказывали о битвах, в которых ему довелось выжить. Анна сама не заметила, как снова ушла в свои мысли, и Войтану пришлось несколько раз окликнуть её по имени, чтобы вернуть из этого безмолвного путешествия.

— Прости, — взволнованно выдохнула она, покачав головой, и снова огляделась вокруг, будто ища опору в знакомых очертаниях сада. — Помнишь, как мы здесь прятались от няни?

— Ты тогда зацепилась платьем за забор, порвала его и разревелась, — с тёплой улыбкой вспомнил Войтан.

— А ты, пытаясь меня утешить, отдал мне свой леденец.

— Последний, между прочим, — наигранно возмутился он, и в этом ворчливом тоне проскользнула та самая детская обида, которую Анна так хорошо помнила.

Анна рассмеялась — и этот смех, лёгкий, почти забытый, музыкой отозвался в груди Войтана. На мгновение всё вокруг будто стало проще, светлее. Они медленно пошли дальше по тропинке, теперь уже рядом, рука об руку, словно возвращая себе кусочек утраченного времени.

— Кажется, твоим людям я не нравлюсь, — негромко заметил Войтан. В его голосе не было обиды — скорее, спокойное признание факта.

Ему хотелось спросить о многом: где она была все эти годы, что пережила, как сумела не сломаться. Но каждый раз, когда он собирался задать вопрос, в горле вставал тяжёлый ком, и слова рассыпались, не успев родиться.

— Не стоит обижаться на них, — мягко сказала Анна, будто не замечая этой заминки. — Они просто беспокоятся обо мне. Они были рядом на протяжении всего пути. Мы вместе прошли через столько тягот, что и вспоминать не хочется. Если бы не их поддержка, я бы давно сломалась.

Войтан вдруг остановился. Анна сделала ещё несколько шагов вперёд и только потом поняла, что друг отстал. Она удивлённо обернулась.

— Прости, — неожиданно тихо произнёс он.

— Что? — не поняла она.

— Прости, что в нужный момент меня не оказалось рядом, — повторил он, глядя ей прямо в глаза, будто хотел, чтобы она увидела всю глубину этой вины. — Прости, что, когда пришла беда, ты осталась совсем одна. Если бы я был рядом, тогда…