Книга Избранная, страница 135 – Юлия Белова

Дверь тихо отворилась.

Она вошла — тихо, почти невесомо, как призрак, призванный чужой волей.

— Приветствую вас, Повелитель, — прошептала девушка, склоняясь в почтительном поклоне. Её голос дрогнул, словно лист на ветру. — Меня зовут…

— Иди, — оборвал её Одаш, махнув рукой с небрежностью, от которой веяло холодом.

Девушка замерла.

Подняла глаза — робко, с немым вопросом. В них — ни вызова, ни дерзости, лишь растерянность и страх, спрятанный за тонкой завесой покорности.

Одаш глотнул вина прямо из горлышка и поднялся. Тело его качнулось, едва не потеряв равновесие. Девушка инстинктивно шагнула вперёд, протянув руки, чтобы поддержать.

Но он резко оттолкнул её.

Она споткнулась, упала — не на пол, а на кровать, мягкую, как ловушка.

Одаш рассмеялся.

Смех его звучал хрипло, зло, как скрежет металла по камню.

— А ты молодец, сразу же взялась за дело, — процедил он, и в этих словах не было ни капли тепла.

Амалия, так звали девушку, сжала кулаки, пытаясь сдержать слёзы.

Это не то, чего я ждала…

Когда махирад Айдан выбрала её — именно её! — в наложницы самому Повелителю, Амалия ощутила прилив гордости. Наконец‑то! — думала она. — Я стану частью чего‑то великого.

Ведь всем известно: Повелитель любит лишь свою жену. Ни одна другая женщина не удостаивалась чести войти в его покои.

Но госпожа Анна так и не смогла забеременеть после первых трагических родов. И тогда… тогда они нашли замену.

Здоровую. Сильную. Способную подарить наследника.

И этой девушкой стала она — Амалия.

Она представляла, как Повелитель сам примет это решение. Как взглянет на неё с теплотой, с надеждой. Как они вместе — пусть не по любви, но по долгу — будут строить будущее.

Но реальность оказалась иной.

Жестокой.

Холодной.

— Р‑раздевайся, — приказал Одаш, заикаясь, и в этом приказе не было ни намёка на желание, лишь грубая, пьяная властность.

— Что? — прошептала Амалия, не веря своим ушам.

— Ты разве не для этого сюда явилась? — рявкнул он, и его рука рванула ткань её платья.

Треск.

Тонкий шёлк не выдержал — лопнул, обнажая бледное плечо, дрожащее от страха.

Одаш снова рассмеялся.

А в глазах Амалии — впервые — вспыхнула искра гнева.

Но она тут же погасла.

Потому что здесь, в этой комнате, её воля не имела значения.

Только его.

Только его пьяная, жестокая прихоть.

* * *

Утро пришло серое, туманное, словно предвещая неспокойный день.

Весть из дальней провинции легла на стол Повелителя, как тяжёлый камень: засуха, неурожай, разбойники, грабящие последние крохи у измученных крестьян. Одаш, не колеблясь, решил выехать лично. Не просто решить проблему — но и провести инспекцию других отдалённых владений, проверить, как исполняются его указы, где ещё тлеет огонь недовольства.

В тот же день был собран отряд.

Воины — молчаливые, сосредоточенные. Лошади — нетерпеливо бьющие копытами. Воздух гудел от сдержанного напряжения.

Главной заботой Одаша стал вопрос безопасности. И потому во главе охраны он поставил Ардэна Таджа — человека, которому доверял больше всех.

Весь предыдущий день Одаш не произнёс ни слова в адрес жены.

Советники замечали. Бросали косые взгляды, перешёптывались за спинами. Но никто не решился задать вопрос — слишком грозным был вид Повелителя, слишком холодной — его отстранённость.