Книга Белая ворона, страница 20 – Мария Дубинина

— Ты хорошо знакома с функционированием рая, – заметил Бон. – Был печальный опыт?

Он издевался. Знал и издевался.

— Да пошел ты, – огрызнулась я, едва подавив клокочущий в горле рык.

— Ну уж нет. В таком случае уйдешь ты. Одна.

Марти, что удивительно, молчал, хотя я могла себе представить, каких трудов ему стоило не влезать с вопросами. Я очень давно не была на месте беспомощного человека, никто не решал мою судьбу, я и человеком-то не являлась. И когда посмотрела на Марти, внезапно начала вспоминать – то, что мечтала забыть больше всего на свете.

— Если я одержу победу, вы отстанете от нас навсегда, – сказала я, не подразумевая вопрос. Нет, это было условие.

Бон блеснул белоснежными зубами.

— Справедливо. Тогда идем за мной, Рэй, не будем откладывать такое важное событие.

Марти смотрел мне вслед, и я видела, как он порывисто поднялся, но молодой вампир легко удержал его за локоть и усадил на место. Все-таки Марти заложник, как бы хорошо тут к нему ни отнеслись. И будет чудесно, если он сможет вбить себе это знание в голову.

Когда за нами закрылась дверь, мысли о человеке мгновенно улетучились.

— Это что, твоя спальня? – удивилась я. Темнота не скрывала деталей обстановки: широкую кровать с черным бельем, пару торшеров на длинных ножках – все-таки со светом гораздо удобнее – и белый мохнатый ковер на полу.

— Просто спальня, – усмехнулся Бон. – Для важных гостей.

Я смело прошла мимо него и развела руками.

— Отлично. Мне приятно ощущать себя VIP-персоной, но давай ближе к делу.

— Ты голодна, – заметил Бон, и меня передернуло. – Прости, но я старше тебя и хорошо ощущаю такие вещи. Как закончим с формальностями, можем поохотиться вместе.

— Нет. Я охочусь одна.

Жесткий ответ не смутил Бона. Он подошел к кровати, сел и похлопал ладонью рядом с собой.

— Садись. Тебе должно быть удобно.

Я сталкивалась с вхождением в рай достаточно часто, и мне нравилось, но сейчас от того удовольствия остался только мутный тошнотворный осадок. Я не хотела повторять.

— Расслабься, – прошептал Бон. – Я чувствую твой страх. Твое сомнение… неприятие. Почему ты так боишься? Ведь я же знаю, что дело не во мне.

Его голос успокаивал, отзывался в теле приятной истомой, которую надо бы сбросить, но если я сделаю это, потом не заставлю себя попробовать снова.

— Ты из тех, кто ненавидит свою слабость, – шептал мне в темноте красивый мужской голос. – Кто скорее вырвет себе сердце, чем даст кому-то доступ в него.

— Я не на сеансе психоанализа, – устало огрызнулась я. – Просто делай, что надо.

Я протянула ему руку, и Бон бережно взял ее, отодвинул край рукава и коснулся губами тонкой кожи. Совсем не то, к чему я была готова, но попытка отдернуть руку не увенчалась успехом, пальцы Бона внезапно превратились в стальные тиски, и я снова занервничала.

— Ты…

— Спокойно, – попросил он и подул на влажный след от поцелуя. – Ты больше похожа на человека, чем я ожидал.

Я слышала эти слова прежде, точнее, звучали они иначе, но смысл… Когда-то он внушал мне ужас.

— Хватит! – дернулась я, и Бон, наконец, обнажил клыки, но вместо того, чтобы рвать мне кожу ими, сделал аккуратный надрез когтем. Пугающе медленно опустил голову и провел языком, слизывая первые алые капельки, потом прижался губами, и я почувствовала, как он втягивает мою кровь в себя. Недостаточно много, чтобы ослабить, но сам факт был противен моей сущности. Мы берем кровь, а не отдаем ее. Это закон природы, против которого очень сложно идти, не только из соображений безопасности, но и чисто психологически. Я прокусила губу, и боль немного отрезвила, хотя стоило разжать зубы, как ранка начала затягиваться. Чем меньше повреждение, тем скорее оно заживает. Иногда даже слишком скоро.