Книга Коллекция Брэйдинга, страница 123 – Патриция Вентворт

Она продолжала хохотать, раскачиваясь взад и вперёд, и стул скрипел под её тяжестью.

— Вот это напутала! Я получаю — «Мой дорогой Льюис», а он — «Дорогая Поппи», и Господь знает, что он весь из себя как старый чёрствый сухарь, но при этом — лучшее, что она могла заполучить! Ну, я и говорю муженьку: «Вот совпадение! До Солтингса рукой подать. Заедем к ней на обратном пути, вытащим из дома и вместе выпьем». А её там не было. «Ну, — говорю я, — нечего лапки складывать. Она будет в том клубе, который ей так по душе. Вот там мы её поймаем и выпьем». И вот мы здесь!

Она медленно повторила последнюю фразу. Казалось, она сейчас заснёт. И вдруг с икающим смехом снова проснулась:

— Обхохочешься, да? Это уж точно! Если она отправила егописьмо мне, так что она накалякала в моёмписьме ему? Один Господь знает, что ей взбрело в голову! — Она резко дёрнулась, уставившись на мисс Сильвер. — Я не говорю, что там было, заметьте, потому что не знаю, но если это что-то похожее на то, что она говорила раньше, так нужно немного объяснить. Хотела его заполучить, и я её не виню. Деньги есть деньги, и девушка должна подумать о себе. Поэтому будем надеяться, что она хоть наполовину удержалась от того, что болтала раньше. — Она остановилась, посмотрела с достоинством и выпустила последний залп: — И я скажу вам, что даже эта половина — чертовски, дьявольски много.

— Вы читали сегодняшнюю газету? — спросила мисс Сильвер.

И получила очередной пристальный взгляд.

— Да какие газеты? Мы гудели всю ночь. Нам выпить дадут?

Мисс Сильвер кашлянула очень деликатно.

— Сегодняшнюю газету вы не читали. А вчерашнюю?

Поппи Хант села прямо, положив руку на подлокотник кресла. Всё вокруг качалось, а ей так и не принесли выпить. Она ответила больше с горечью, нежели с гневом:

— Никогда… не читаю… газет. Масса всяческой несусветной… чуши. Где Мэйда?

Мисс Сильвер поднялась на ноги.

— Я отведу вас к ней. Где письмо, о котором вы говорили?

Поппи принялась рыться в дорожной сумке. Содержимое перемешалось. Помада скатилась на пол в одну сторону, пудреница — в другую. Мистер Хант, зависший рядом, опустился на четвереньки, чтобы поднять их. Парень продолжал подпирать стойку, его меланхолия неуклонно продвигалась по пути к коме.

Мисс Сильвер нагнулась, схватила яркий синий конверт и быстро сказала:

— Пойдём, миссис Хант, я отведу вас к миссис Робинсон.

В кабинете главный констебль продолжал затягивать время. Он предоставил наиболее деликатную и трудную часть работы мисс Сильвер. Марч не сомневался в её умении использовать все ухищрения, на какие только способно человеческое существо, и всё же не мог удержаться от сомнений. Он только что закончил серию вопросов, обращённых к майору Констеблю и призванных выявить его знания о револьвере Чарльза Форреста и месте, где оружие хранилось. Ответы пронизывало откровенное безразличие, которое, казалось, полностью лишало их какой-либо важности.

— Конечно, я знал, что у него есть револьвер. Чарльз вечно болтал об этом: принадлежал его отцу, спас жизнь старика и всё такое прочее. Знал ли я, где он хранил его? Ну, вы меня поймали. Думаю, в ящике стола, но не стал бы клясться в этом. Просто такие вещи принимаешь, как должное, и если кто-то вдруг начинает тебя расспрашивать, что, как и почему, ты становишься в тупик.