Книга Жена незнакомца, страница 56 – Анна-Лу Уэзерли

— Что ж, – говорю я, скорее для Дэвис, чем для нее, – похоже, наш «славный парень» был не таким уж и замечательным. Благодарю вас, Светлана. Или, может, лучше называть вас Соней?

Она удивленно вскидывает бровь и криво улыбается. Лицо в тот же миг меняется до неузнаваемости.

— Знаете, есть такая поговорка, детектив, – произносит женщина с неожиданно идеальным кокни-акцентом. – Не судите книгу по обложке.

Бет

Октябрь 2018 года

Прошло четыре недели с тех пор, как Бет похоронила мать, но оплакать ее возможности не нашлось. Разум и сердце отказывались понимать, что Лилианны больше нет. Казалось, будто она все еще рядом: стоит только поднять трубку – и услышишь звонкий голос с певучими интонациями и веселый смех, похожий на перезвон колокольчиков. Бет не верилось, что она больше не увидит маминой улыбки или приподнятых уголков губ, готовых расплыться в широкую радостную ухмылку. Мать была ее опорой, надежной гаванью, где можно укрыться от самых страшных штормов. Это был остров, где Бет находила покой, уют и безусловную любовь. Куда же ей плыть теперь?..

Не раз наблюдая в больнице чужое горе, Бет частенько думала о том, каково это – потерять близкого человека. Работа медсестрой неизбежно толкает к подобного рода мыслям. Представляя себе безутешную скорбь и нестерпимую боль, разрывающую сердце, она порой ночами плакала в подушку от страха, что настанет день, когда мать покинет ее. Но тогда это было лишь фантазией, тенью грядущего. А теперь все случилось всерьез, и оказалось, что прежние представления о горе были только бледным намеком на то, что люди чувствуют в реальности.

Шок от смерти матери, которая скончалась прямо там, на полу кухни, заморозил в Бет все живое. Казалось, в тот момент она перестала быть человеком. Она снова и снова прокручивала в голове ту сцену: как отчаянно пыталась реанимировать Лилианну, яростно надавливая ей на грудь, пока не примчались медики и не оттащили ее силой, а она выла на одной протяжной ноте, словно банши. Бет сразу поняла, что матери больше нет: еще до того, как в кухню ворвались медики в зеленой униформе. Она почувствовала это в тот самый миг, когда душа покинула тело. Все происходило как в сюрреалистическом сне, в кошмаре, будто с кем-то другим: например, с актером в фильме ужасов. Только это не был сон. Все было взаправду.

Бет толкает дверь офиса «Лоулер и Ко» и, миновав изогнутую стойку ресепшена, решительно поднимается по ступенькам в холл.

— Эван у себя? – резко спрашивает она у молодой девушки с брекетами, такой юной, что ей, скорее всего, еще не наливают пиво в пабе.

Девушка не знает ее в лицо, но мгновенно понимает, что визит явно не дружеский.

— Я уточню, – неуверенно улыбается она, сверкая металлом во рту. – Как вас представить?

— Не надо, обойдусь, – бросает Бет и направляется к двойным дверям, ведущим в кабинет Эвана.

— Здравствуй, Шанна, – кивает она секретарше, которая, подняв голову от бумаг, явно удивляется ее появлению.

Бет никогда не любила эту надменную стерву с натянутой улыбкой и прищуром – слишком уж много она о себе воображала. Наверняка Шанна третирует девчонку с брекетами, не давая ей ступить и шагу. Вполне в ее духе.

— Здравствуйте, Бет, – сладко мурлычет та, растягивая губы в притворной улыбке. – Приятно вас видеть – давненько вы у нас не появлялись.