Онлайн книга «Жена незнакомца»
|
Все самообладание, что осталось у Бет, уходит на то, чтобы не послать нахалку к черту. — Боюсь, Эвана сейчас нет на месте, но вы можете передать ему сообщение. Что-то срочное случилось? Все ли в порядке? – произносит Шанна, прекрасно зная про развод и последовавший за ним скандал. Просто она наслаждается моментом. – Кстати, слышала про вашу мать. Примите… — Да пошла ты на хрен, сука, – шипит Бет и протискивается мимо нее в кабинет Эвана. — Что?! Эй! Бет, не смейте! Туда нельзя… – визжит Шанна. — Это мы еще посмотрим, – бурчит Бет себе под нос. Заметив, как Шанна хватается за трубку телефона, она быстро запирает за собой дверь, задвигает жалюзи и начинает обыскивать кабинет. Бет и сама толком не знает, что именно ищет, но уверена, что здесь должна быть зацепка, способная доказать вину Эвана – ведь это он подставил Ника. Наверняка в кабинете хранится нечто важное, что можно предоставить полиции как свидетельство его злого умысла. Невольно вспоминается, с каким видом Ник вернулся из участка на следующий день после ареста – будто внутри него что-то сломалось. Дома его ждала такая же разбитая горем Бет, оставшаяся без матери и дочери разом. Они сели друг напротив друга за кухонный стол, вытянули руки и соприкоснулись пальцами. Долго не могли сказать ни слова. Дом, как всегда, выглядел чистым и опрятным, но на самом деле здесь царила разруха, будто после ядерного взрыва: формально все цело, однако прежняя жизнь превратилась в руины. Ник заговорил первым: — Господи, Бет… Боже мой… Она посмотрела ему в глаза и увидела в них страх. — Прости… – прошептал он. – Мне ужасно жаль. И заплакал. Они поняли: теперь все изменится. Навсегда. С тех пор Бет заперла свое горе внутри. Даже на похоронах матери она не смогла выдавить ни слезинки. «Вот стерва!» – наверняка подумали про нее люди. Лили не позволили проститься с бабушкой: Эван заявил, что «девочке нечего делать на кладбище – лишь психику ломать». Ломать психику – подумать только! — Знаешь, что действительно ломает психику, Эван? – кричала Бет ему в трубку. – Это когда ты промываешь мозги собственной дочери, заставляешь ее лгать и внушаешь, что мать не любит ее и не хочет видеть! Когда лишаешь ее самого близкого человека! Ты хоть понимаешь, что ты с ней делаешь? Из-за тебя она осталась без бабушки! Как ты смеешь? Зачем? Ты отказываешься дать мне развод, крадешь со счета все деньги – а там были и мои, между прочим, те, что я заработала сама, своим собственным трудом! Тебе это так просто с рук не сойдет… Я хоть сдохну, но заставлю тебя пожалеть. Слышишь, Эван?.. — Ты расстроена из-за матери, Бет, понимаю, – снисходительно сказал он. – Я это учту. Но Лили и без того пришлось несладко… – Он сделал паузу. – Послушай… почему бы тебе не вернуться домой? Давай снова жить вместе, втроем… Я позабочусь о вас обеих, и… — Только через мой труп! Эван тяжело вздохнул: — Тогда встретимся в аду, Бетани. На похороны Эван прислал огромный букет лилий, но Бет выбросила его в мусорное ведро. Мать она оплачет потом, когда все закончится. А пока нужно бороться: за Ника, Лили, за их будущее и за саму себя. — Мы справимся, – сказала она, обнимая Ника. – Мама всегда говорила, что, если ты прав, бояться нечего. Против правды не поспоришь. |