Книга Дневник мертвых бывших, страница 39 – Эмма Шиммерман

— Я думаю, тебе следует заняться тем, что сделало бы тебя счастливым. – И это не манипуляция, всего лишь правда.

— Знаешь, что бы сделало меня реально счастливым? – говорит он, и я наклоняюсь ближе, ловя каждый слог, потому что хочу, чтобы он сказал: «Ты, Слоан». – Поход в следующий бар. – Он ударяется своим бокалом о мой, и мы допиваем напитки.

«Таверна Уотер-стрит» – бар пембрукской тематики, где проходят все крупнейшие предматчевые тусовки и просмотры игр колледжа. Музыка всегда отличная, а их фирменный напиток, «Росомаха», гарантированно собьет вас с ног. Здесь также проходят «Дамские вечера» с напитками по доллару. Мы оба для начала заказываем по «Росомахе» и ведерко наггетсов на двоих.

Мы сидим в угловой кабинке рядом с танцполом.

— Я никогда неее… – начинает Уэс.

Я беру наггетс и зыркаю на него.

— Ой, да ладно, мы что, первокурсники?

— Вынужден был слушать, как Анника в соседней комнате занимается сексом. – Его лицо перекашивается от отвращения, когда он говорит это.

Я делаю глоток.

— Спасибо, что напомнил мне об этом. Моя очередь: я никогда не была вынуждена пересдать курс, потому что забыла, на что была записана, и завалила его.

Он поднимает свою стопку и делает глоток.

— Хм, я никогда не спал с профессором.

— Удар ниже пояса. – Я делаю глоток. – Я никогда не отрубалась в баре, из-за чего Чарли и Сэму приходилось тащить меня домой. Вообще, сделай за это два глотка, – говорю я.

Он так и делает.

— Я никогда не начинал общаться с кузеном того человека, с которым ранее переспал, – парирует он.

Когда я не двигаюсь, он говорит:

— Ну, разве ты не собираешься выпить?

Я не понимаю этой полной перемены настроения. Когда это наша беседа превратилась из беззаботной в обвинительную?

— Нет, не собираюсь. Потому что я не встречаюсь с Эшером.

Он ничего не говорит, поэтому я продолжаю. Если он хочет перейти на личности, я тоже так могу.

— Я никогда не продолжала встречаться с одним человеком, когда у меня были чувства к другому.

После моих слов мы оба смотрим друг на друга. Мои руки трясутся под столом, когда я жду, чтобы он выпил. Чтобы он доказал, что я права насчет этого. Он поднимает свой напиток, но замирает.

— Следующий бар.

Он встает и направляется к двери. Я следую за ним.

Я вижу, что мы оба ощущаем воздействие алкоголя, когда покидаем «Уотер-стрит», и осталась только одна остановка: «157», самое близкое подобие ночного клуба, которое может предложить Пембрук.

— Я ненавижу это место, – говорит Уэс, когда мы подходим к двери.

— Теперь уже нельзя идти на попятную, – заявляю я, вручая «вышибале» свое удостоверение.

Я использую этот термин условно, потому что у дверей дежурят всего лишь другие ребята из колледжа, сплошь в черном, с мини-фонариками и наушниками. Это кампус колледжа, все не так сложно.

Внутри клуба всегда темно, насколько возможно, если не считать вспышек ламп и больших подсвеченных аквариумов, покрывающих стену. Здесь одна секция обслуживания по продаже бутылок в заднем углу, которая всегда занята, порой нашими друзьями.

Уэс заказывает нам напитки: коктейль с содовой для меня, пиво для него. Здесь нет фирменного напитка. Единственное, что в этом месте фирменного, – это то, что здесь случилось больше отключений электроэнергии, чем в моем родном городе во время бури.