Книга Киллер в отставке копает грядки, страница 149 – Наоми Каттнер

Данте, казалось, считал про себя, потому что вдруг по какому-то сигналу, известному ему одному, пополз по-пластунски по коридору в сторону засады.

Чарли ждал, беспокойно переминаясь с ноги на ногу. Он подпрыгивал от каждого выстрела, думая, что Данте подстрелили. Парень хотел, чтобы Пит рассказал ему, что происходит, но старый призрак куда-то исчез.

Как там говорил Данте? «Ты мне нужен, чтобы я никого не убил».

«Что, если ему нужна моя помощь?» Но даже эта мысль не подтолкнула Чарли сунуться вместе с бывшим киллером в комнату, заполненную дымом и стрелявшими вслепую мачо.

— Плохие новости, малец, – выплыл откуда-то Пит. – Эти ребята, должно быть, вызвали подкрепление. К дому подъезжают еще две машины.

— Сколько же людей у Теда? – охнул Чарли. – Он что, к войне готовился?

Пит пожал плечами.

— Твоего друга я предупредить не могу. Но если ты пригнешься пониже, то все обойдется. Добеги до угла и предупреди Данте.

Чарли глянул в конец коридора. Из-за дымовых шашек везде стояла непроглядная пелена, но красные аварийные огни светили сквозь нее, словно врата в ад.

— Думаю, я нашел вариант получше.

Чарли дополз до конца коридора. Воцарилась тишина, а потом – внезапный хлопок и глухой удар, из-за которых он подскочил.

— Данте! – закричал парень. – На подходе еще двое!

В ответ он услышал лишь тишину, сменившуюся быстрым топотом. Чарли вскочил на ноги.

— Данте?

Из дыма появился мужчина – растрепанные волосы, на лице оскал. Это был не Данте.

Чарли развернулся и побежал.

Элеонор сделала глоток вина. «Романе-Конти», считавшееся лучшим пино-нуар в мире среди ценителей. Вино было подарком от одного богатого коллекционера, которому она помогла отыскать его похищенную племянницу.

«Видите, – подумала Элеонор, изучая инспектора, сидящего напротив. – Не все мои блага нажиты нечестным путем».

Эйвери наконец позволил себе расслабиться настолько, что даже снял пиджак и закатал рукава рубашки. Он поднял глаза, и стекла его очков для чтения блеснули в золотом свете хрустальной люстры, висевшей в столовой. Инспектор покрутил бокал за ножку, вдыхая насыщенный аромат вина.

— Такого первоклассного букета в тюрьме не попробуешь, – сказал он.

— Тем больше причин насладиться им сейчас, – с беззаботной улыбкой ответила Элеонор.

— Вы ведь исчезнете, как только все закончится, я прав?

— Я поняла, что жизнь подобна хорошему вину, – сказала Элеонор. – Важно смаковать каждый момент.

Эйвери позволил себе улыбнуться – едва заметный изгиб губ, от которого на левой щеке проступила ямочка.

— Можете посмаковать это.

Он пододвинул к Элеонор лист бумаги.

Она надела очки для чтения и вгляделась в ряды напечатанных цифр. Они ни о чем ей не говорили. Если не считать быстрого подсчета вероятностей, математику нельзя было назвать ее коньком.

— И что это? – спросила Элеонор.

Эйвери вбил в калькулятор на телефоне последовательность цифр.

— Каждый месяц Тед платит «консультанту по соцсетям» пять тысяч долларов.

Элеонор вскинула брови:

— Как-то многовато. Если это для «Перечного дерева», так это единственный отель в городе, и реклама ему не требуется. Остальные предприятия Теда нацелены на бизнес или инвесторов. В социальных сетях их вряд ли можно продвинуть.