Книга Киллер в отставке копает грядки, страница 50 – Наоми Каттнер

— Да! – рявкнул Дерек. Он открутил крышку рома и отпил из бутылки. – Да, – продолжил он уже спокойнее. – Моя жена занималась чем-то сомнительным. Чем-то, что приносило ей кучу бабла. А я, трус несчастный, не хотел об этом знать. Довольны?

Он злобно уставился на них красными глазами.

— Дело не в вас, – мягко сказала Элеонор. – И не в Дженис. Дело в том, что Чарли могут посадить на двадцать лет за то, чего он не делал.

В доме воцарилась тишина. Издалека доносилось дребезжание газонокосилки.

Дерек откинулся на спинку дивана. Он запрокинул голову и закрыл глаза.

— Я не знаю ничего, что могло бы вам помочь. Простите. Я не спрашивал Дженис, когда она была жива, а теперь уже поздно.

— Никогда не поздно, – сказала Элеонор.

— Ха! – безрадостно рассмеялся Дерек. – Разве что вы умеете разговаривать с мертвыми.

Чарли старался не смотреть никому в глаза.

— Я верю, что тайное рано или поздно становится явным, – спокойно сказала Элеонор. – Я не прошу вас делать что-то, что омрачит память о жене. Просто дайте знать, если о чем-то вспомните. Это может вывести нас на убийцу.

— И все? – удивился Дерек. – Теперь вы просто уйдете?

— Если только вам больше нечего добавить, – сказала Элеонор.

Чарли перестал разглядывать узор ковра и встретился с затуманенным взглядом Дерека.

— Так, значит, ты Чарли Уилсон, – сказал он. – Как летит время.

Парень подумал, что ему стоит ответить. Что-то колкое вроде «Но ничего не меняется» или «А правосудие так и дремлет». Но это было бы жестоко.

— Да, это я, – ответил он.

Дерек тяжело вздохнул.

— А вы умеете вести игру, Элеонор. Ладно. Кое-что я все же помню.

Элеонор молча ждала.

— Однажды случилось вот что: мы вернулись с вечеринки, а потом посреди ночи Дженис проснулась. Она все еще была пьяна, но ее явно что-то тревожило. Она сказала, что, если с ней что-то случится, у нее есть страховка – нечто, что можно использовать против убийцы. Я спросил, о чем, черт возьми, она говорит, но Дженис лишь ответила: «Я знаю, что делаю. Это опасная игра, но я умнее его. Если что-то пойдет не так, у меня есть козырь в кармане, так что ему не поздоровится». А потом упомянула про какую-то посылку сыну Эдриана.

Дерек посмотрел на Чарли и тут же отвел взгляд.

— А имени она не назвала? – спросила Элеонор.

Дерек скривился.

— Нет. Тут же отрубилась, а утром все отрицала. И больше никогда об этом не упоминала. – Его взгляд устремился к окну, на ухоженный газон и стильный бетонный ландшафт, выдержанный в серых тонах. – Дура. Вечно пыталась всех перехитрить, а теперь ее нет.

Он закрыл глаза, и Чарли почувствовал приступ жалости: и к горю Дерека, и к его ужасному похмелью.

— Хотите, приготовлю вам «Кровавую Мэри»? – спросила Элеонор. – Это лучшее средство от похмелья.

— Не стоит. Спасибо. – Дерек открыл глаза. – Это все, что я знаю. Честно.

— Благодарю, – сказала Элеонор. – Мы пойдем, но если вам что-то понадобится, пожалуйста, звоните.

Дерек помахал рукой на прощание, снова закрыл глаза и откинулся на спинку дивана.

Элеонор вывела их из этого безмолвного дорогого дома.

На улице Чарли глубоко вдохнул, и свежий утренний воздух наполнил его легкие. Он не почувствовал в доме присутствия призрака Дженис – то, чего так боялся. Новые призраки ненасытны – в надежде быть услышанными они вытягивают из живых всю энергию.