Книга Осень чудес, страница 52 – Катарина Херцог

— Они даже не предполагали, что ты можешь оказаться Бетти Эндрюс. – Элия поймал ее взгляд и слегка улыбнулся. – Зачем Бетти Эндрюс жить у моей бабушки и притворяться моей двоюродной сестрой Лиззи из Техаса?

— Ты прав, звучит как довольно плохой сценарий. – Бетти улыбнулась в ответ, но не выглядела особенно радостной. – Мне совестно, что я приняла приглашение только потому, что Э. Смит родом из этих мест. Я даже не удосужилась узнать что-нибудь о вашей деревне или о фестивале, прежде чем прилететь сюда. Для меня большая честь быть почетной гостьей. Кажется, все очень рады моему приезду.

— Могу это подтвердить. Эвелин помогает маме организовать фестиваль, и когда она узнала, что ты приедешь, то расплакалась от радости.

— Правда? – нахмурилась Бетти.

— Да. Я сам видел.

Бетти поджала губы.

— Почему все так делают? – внезапно выпалила она.

— Как? – удивленно спросил Элия.

Она резко развернулась к нему и прижалась спиной к балконной ограде.

— Ведут себя так, будто я какая-то особенная.

— Но ты и есть особенная! Ты не только успешная детская писательница, но и всемирно известная голливудская актриса. Тебя даже номинирована на «Оскар». Сколько тебе тогда было? Тринадцать?

— Четырнадцать. Всего на год старше Джоди Форстер в «Таксисте». Тогда в прессе постоянно акцентировали на этом внимание. – К своему ужасу, Элия заметил, как глаза Бетти снова наполнились слезами.

— О нет! Я что-то не так сказал? Я не хотел тебя обидеть. Я просто хотел…

Бетти покачала головой.

— Нет, нет, ты не обидел. Я… – Она сглотнула и продолжила уже шепотом: – Просто я думаю, что было бы, если бы все это разом исчезло. Что бы осталось от меня, если бы я перестала быть Бетти Эндрюс, знаменитой и успешной актрисой и автором детских книг? Осталось бы хоть что-нибудь? Или… вообще ничего?

Элии потребовалось мгновение, чтобы собраться с мыслями и выстроить все слова, кружащиеся в его голове, в связную речь.

— Знаешь, Андрей Тарковский, советский кинорежиссер, однажды сказал: «Мы только смотрим, но не видим». Можно стоять здесь и думать: какой прекрасный вид! Но если уделить время и присмотреться, то за всем этим великолепием откроется истинная красота: вон то облако похоже на ангела с распростертыми крыльями. – Он указал на точку в небе, а затем провел указательным пальцем дальше. – А вот это – совсем как зонтик! Или море: в одних местах оно мерцает, как жидкая медь, в других – чернеет, как обсидиан, а там, где волны разбиваются о берег, встают на дыбы кони из белой пены. И как только солнце опустится в море, на мгновение покажется, будто весь мир затаил дыхание. – Элия устремил взгляд на корабль, который постепенно уменьшался на горизонте. – Прости, что я назвал тебя особенной, потому что ты знаменитая и успешная, ведь это далеко не все, что делает тебя такой. То, что ты вчера мне рассказала о своей детской книге… Ты пишешь ее для маленького мальчика, которому эта история должна показать, что у него тоже есть свои особые таланты и что можно летать сердцем. А еще то, как ты только что говорила о моем доме… Как ты относишься к бабушке и другим людям в деревне… – Он оторвал взгляд от моря и посмотрел на Бетти. – По-моему, даже если бы у тебя отняли роли актрисы и автора детских книг, в тебе все равно осталось бы гораздо больше.