Книга Осень чудес, страница 80 – Катарина Херцог

— Это моя рабочая форма, – сказала Бетти, потому что у нее не было ни желания, ни сил на долгие объяснения. – Я помогаю в книжном магазине с последними приготовлениями к фестивалю.

— О! – Глаза Кэтрин загорелись. – Как здорово, что ты так легко идешь на контакт! Местные жители наверняка полюбят тебя за это. – Она подмигнула ей. – И надеюсь, купят много твоих книг. – Она взглянула на бабушку. – Кто-нибудь голоден? Для обеда уже поздновато, но в отеле подают традиционный послеобеденный английский чай.

Когда ни Бетти, ни бабушка не ответили, ее взгляд неуверенно заметался между ними.

— Я такая растяпа! Взяла и вмешалась в ваш разговор, а вы наверняка хотели еще поболтать, – сказала она с несвойственной ей эмпатией. – Я пока спущусь и выпью чашечку кофе.

— Нет, нет, я как раз собиралась уходить! – сказала Бетти. – Фестиваль начинается завтра, а у меня остались кое-какие дела. Вам нужно отдохнуть после такого долгого перелета! Я свяжусь с вами вечером! – Она быстро обняла бабушку и практически выбежала из комнаты.

Бетти нечасто радовалась встрече со своим агентом, но на этот раз внезапное появление Кэтрин очень помогло. Так ей не пришлось признаваться бабушке, что бывший возлюбленный не только связался с ней, но и выразил желание сотрудничать. И что на днях он подарил ей картину. Картину, на которой нарисована ее бабушка.

Бетти уже не сомневалась, что светловолосая женщина на полотне – это и есть Хелена. Как и в том, что та не сказала ей всей правды. Бетти не могла представить, что роман, который длился так недолго и к тому же десятилетия назад, мог так сильно травмировать бабушку – настолько, что она запретила внучке контактировать с бывшим возлюбленным. Она не верила и в то, что бабушка бросила виолончель только из-за него. И это имя! Эрнест, как Эрнест Хемингуэй! В этой истории полно дыр, как швейцарском сыре! Но что именно мешало бабушке быть с ней откровенной? И главное – почему?

Погрузившись в раздумья, Бетти поехала обратно в Суинтон.

Белый брезент шатра, почти полностью закрывавший площадь перед ратушей, колыхался на ветру. В небе сгущались тучи, и было стойкое ощущение, что вот-вот пойдет дождь.

Энн сидела с Шоной и ее лабрадором Бонни Белль на каменных ступенях меркат-кросса, ожидая, пока Айла закончит работу в «Лисьей норе». Совсем скоро должна была начаться грандиозная фестивальная вечеринка в «Крафте», и они планировали пойти туда вместе.

— Как обидно! В последние дни погода была просто чудесная! – Энн с сожалением взглянула на приближающуюся вереницу туч над головой.

Шона пожала плечами.

— Посмотри на это с другой стороны: если пойдет дождь, то гости нашего фестиваля получат типично британскую атмосферу!

Энн усмехнулась.

— Главное, чтобы она не испортила твою автограф-сессию. Волнуешься? – Пару месяцев назад ее подруга выпустила кулинарную книгу и выступала на фестивале в качестве автора.

— А как ты думаешь? Вдруг никто не придет и я весь вечер просижу там одна.

Энн рассмеялась.

— Такого точно не случится, – ответила она. – Я обязательно приду, чтобы ты поставила закорючку в моей книге.

— Спасибо, прямо отлегло! – Шона скривилась. – А как насчет тебя? Не обидно, что ты, будучи самой успешной писательницей Суинтона, не участвуешь в этом балагане?