Книга Без права на отказ авторитету, страница 19 – Ася Любич

Фиксирую ее бедра, держа ладонями, выбивая новые и новые стоны, мысленно отодвигая свой собственный оргазм. Но в какой-то момент внутри этой суки становится настолько тесно и горячо, что ни одна в мире сила не может отодвинуть наслаждение, что сжимает горло, перекрывая воздух.

Я кончаю в неё мощными толчками, охреневая от остроты ощущений. И вроде бы все, но вместо того, чтобы отойти от шлюхи, я переворачиваю ее тело и врезаюсь снова, слыша как от соков и моей спермы в дырке хлюпает и чавкает. И чем я сильнее ее трахаю, тем эти звуки громче, наравне с нашими общими стонами.

Мы уже давно забыли, кто мы и почему здесь находимся. Забыли, что за дверью моя охрана и ее муж, и просто, как два животных, совокупляемся, ударяемся друг о друга как молот о наковальню. Снова и снова. С искрами и громким звоном наших голосов.

— Господи! — забывается она и накрывает мои плечи своими пальцами. Царапает ноготками, обостряя приближающийся оргазм.

Я веду рукой от ее губ до груди, сжимая обе в ладонях. У нее красивая грудь. Крупная, упругая с маленькими розовыми сосками. Но еще лучше плоский живот, который напрягается на каждый удар моего члена о ее матку. Я закидываю ее ноги выше, смотря как ее дырка глотает мой член снова и снова, словно засасывая. И остановиться невозможно. Она доит меня, заставляя кончить снова. Но это не мешает продолжать ее трахать, словно убивая законы мужской физиологии. Потому что мозг знает, что как только я вытащу член и встану с этого желанного тела все кончится. Я выйду в эту дверь, зная, что сломал эту куклу и уничтожил ее жизнь до основания. Она будет ненавидеть меня всю свою жизнь, как ненавидел ее я.

Мы целуемся как обезумевшие, скользя влажными телами друг по другу. Мокрые от пота и выделений. Я устраиваюсь сбоку, закидываю ее ногу повыше и продолжаю трахать, пока есть еще хоть капля сил.

Сколько проходит времени, никто из нас не разбирается. Мы просто трахаемся, словно ничего в мире больше не осталось. И все что остается это секс, от которого зависят наши жизни.

Переворачиваюсь и теперь эта красивая сука сверху. Скачет на мне как наездница, скользя пальцами по собственному клитору, который уже настолько взбухший, что скорее всего ей это причиняет боль. Но она хочет снова кончить, ставшая зависима от этого вида удовольствия.

— Не могу больше, не получается.

— Хочешь кончить снова?

— Хочу, да, — чуть ли не плачет она, а я скалюсь, спрашивая.

— Попроси.

— Дай мне кончить.

— Как меня зовут? Скажи.

— Дай мне кончить, Александр.

Шлепаю по мокрой, упругой заднице, стаскивая ее с собственного члена и двигая ее все выше, к своему лицу. Трогаю языком клитор сжимаю плоть ее ягодиц, принимаясь резко и сильно бить по нему, пока соки стекают мне в рот.

Она обхватывает мои волосы, сжимает их и бьется в конвульсиях отчаянно кончая снова. Бурно, с криками, именно так, как я рассчитывал изначально.

Я сталкиваю ее со своего тела и приставляю член к ее губам.

— Оближи.

Она с радостью принимается вылизывать мой член, а я глажу ее мокрые волосы и задаю вопрос.

— Нравится тебе?

Она кивает.

— Скажи, что тебе нравится мой член.

— Мне нравится твой член, — она словно под запрещенкой, словно не в себе. Похожа на настоящую языческую богиню секса, которая скатывает остатки влаги с моего члена и с удовольствием глотает все. Словно во сне. И мне хочется повторить этот сон от начала до конца.