Книга До тебя одна песня, страница 63 – Лорена Шефер, Валентина Фаст

— Я тебя поняла, – робко призналась я. – Но как мне написать о звездном исполнителе, который не хочет ничего о себе рассказывать? И от которого ты взяла и сбежала после концерта! Нельзя было уходить ни в коем случае! Так тебе и надо!

— Это то, что видно невооруженным глазом, – ответил Оскар. – Поменяй угол зрения. Задавай правильные вопросы. Что ты можешь рассказать о нем такого, что важно тебе самой?

— Я не очень разбираюсь в музыке, – ответила я, хотя эмоциальные композиции Мило с того вечера не выходили у меня из головы.

— Хорошая история есть везде, – настаивал Оскар. – Как Фиона и читатели должны поверить тебе и твоей статье, если ты сама этого не делаешь?

Я не отвечала, поигрывая лентой от чип-карты. Воспринимала ли я статью всерьез? Нет. Я хотела получить хороший результат. Но я не знала, что делать со звездным статусом Мило. У меня не было ни малейшего желания писать о том, есть ли у него яхта, или как он проводит отпуск в Ницце с другими знаменитостями. Вероятно, Оскар прав. Нужно поменять угол зерния. Знать бы только, в каком направлении.

Я громко вздохнула.

— Рад помочь, – сказал Оскар и хитро улыбнулся, а я в шутку приняла боевую стойку.

Все следующие дни я провела, листая старые выпуски «Селебритан» в попытке найти стратегию для статьи, чтобы подача материала понравилась Мило и его менеджеру и сгладились все углы. Надежды при этом становилось все меньше, а пустых пачек из-под «Орео» на столе все больше.

И хотя сегодня суббота, я опять сидела с ноутбуком на кровати и работала. Как ни крути, я слишком мало знаю о Мило, чтобы написать о нем что-то новое. Что ни делай, а придется опять выйти с ним на связь, и это наверняка только усложнит задачу. Но жаловаться нечего – я сама во всем виновата. Концерт совершенно выбил меня из колеи.

Заправив спортивные штаны в шерстяные носки, я спустилась вниз.

«Выпей чайку – и мир вокруг изменится», – любила говорить бабушка.

Пока я ставила чайник, в кухню спустилась Пиппа.

— Заваришь мне тоже? – попросила она, глядя на часы. – Как раз надо сделать перерыв в учебе.

— Ну конечно! – Я достала еще один пакетик из большого деревянного ящика, который после нашего последнего похода в магазин заполнила чаем, и положила его в чашку.

Тут открылась дверь, и вошла Нив.

— Привет, девочки! – поздоровалась она, снимая рюкзак. – О, как здорово, вы собираетесь пить чай?

Кивнув, я поставила на поднос третью чашку.

— Как ты провела время у Джея?

— Хорошо, – ответила она, растирая покрасневшие от холода пальцы. – Но рада, что сегодня буду ночевать дома. У нас гораздо лучше, чем в общежитии.

— Пусть он как-нибудь останется здесь, – предложила Пиппа, доставая из холодильника пачку сконов.

— Да, наверное, – согласилась Нив и показала на сконы, – в холодильнике должны быть свежие топленые сливки, я их только на прошлой неделе купила.

— Что это тут намечается, спонтанная вечеринка? – спросила Джемма, тоже появившаяся в гостиной.

— Не вечеринка, а чаепитие! – ответила я и снова открыла чайник, чтобы долить воды.

Пиппа поставила сконы, топленые сливки и джем на маленький столик в гостиной, а Нив зажгла свечи, хотя еще не стемнело.

— Как уютно! – воскликнула Джемма и, взяв со спинки дивана один из шерстяных пледов, завернулась в него.