Книга До тебя одна песня, страница 64 – Лорена Шефер, Валентина Фаст

Когда чай заварился, я разлила его по чашкам и уселась прямо на ковер. Было действительно очень уютно, и на какое-то время я даже забыла о работе.

Нив зевнула:

— Я так хочу спать. Сосед Джея всю ночь на полной громкости смотрел американский футбол. Игра была очень волнительной, он даже рыдал.

Пиппа отпила глоток.

— А когда женщины плачут на концертах, про них говорят, что они истерички.

— О да, – подхватила Джемма, густо намазывая сливки на скон. – Каждый тип спешил посмеяться над моей любовью к ромкомам, а ведь ни над чем другим так сладко не плачется.

— С Коулом я могла всегда быть самой собой, – задумалась я. – Но на свиданиях я всегда придумывала себе какие-нибудь увлечения, чтобы выглядеть круче.

Нив кивнула и подтянула ноги.

— В восьмом классе я обожала мангу. Но это было немодно, и я читала их украдкой.

— Мне это знакомо, – поддержала ее Пиппа. – Когда умер брат, я слушала только его любимую музыку. Он любил рок-группы из семидесятых: The Clash, Deep Purple, AC/DC… Мальчишки из класса смеялись надо мной, говорили, что я «псевдофанат».

Я не знала, что Пиппа потеряла брата. От одной этой мысли мне стало не по себе. Я представила себе, как она нашла в чем-то утешение, а другие вместо поддержки отпускали дурацкие шуточки. Меня это сильно разозлило.

— Какая глупость! Почему мы прячем наше увлечение просто из-за того, что оно кому-то не нравится?

Пиппа улыбнулась мне, и впервые мне показалось, что она немного приоткрылась. Я ободрительно улыбнулась в ответ.

И тут меня вдруг обдало жаром: вот она, идея! Вопрос, который нужно задать в статье!

Я подскочила так резко, что сидевшая рядом Нив вздрогнула от неожиданности.

— Вы меня спасли! Вы гении! – крикнула я, бросившись как можно скорее вверх по лестнице. Пришло время наконец по-настоящему приступить к работе!

Несколько часов спустя я с довольным видом разглядывала свои записи, аккуратно разложенные на письменном столе. Я провела весь день за поиском информации, пока за окном не стемнело.

Да, портрет Мило прочтут все, но в этом нет ничего особенного. Тем более в нем не будет никакой новой информации – все это в том или ином виде уже обсуждалось. Поэтому я решила изменить подачу. Почему над его фанатами чаще посмеиваются, чем восхищаются? Почему считается круче пойти на рок-концерт, а не туда, где толпа поклонников состоит из одних молодых девушек? Вот в чем будет отличие моей статьи от других, которые до сих пор писали о Мило. Я хочу поставить в центр внимания его поклонников.

Даже если они тебе вот уже несколько недель усложняют жизнь?

«Да!» – несколько раз подряд написала я в своей записной книжке и поставила жирный восклицательный знак. Я не могу судить обо всех по небольшой группе. И вообще-то это дает мне еще больше материала для статьи. Может быть, брикредсы отреагировали так болезненно, потому что они сами часто подвергаются нападкам?

Я разглядывала портрет Мило на стене моей комнаты. Он смотрел тем взглядом, которым всегда смотрит в камеру, и от него мне вдруг стало теплее, хотя я находилась в комнате одна. Захлопнув ноутбук, я встала. Теперь у меня есть потрясающая тема для статьи, и я наконец-то могу приступить к работе. И в процессе мои чувства к Мило наверняка улетучатся.

Вечером следующей пятницы я стояла в ванной и печально рассматривала себя в зеркале. Через час начиналась вечеринка в «Скай Гарден», а я так и не придумала себе костюм. Клеа постоянно напоминала мне об этом, но я, конечно же, совсем забыла.