Книга Песнь Таргитая. Гойда, страница 23 – Юрий Молчан

— А его самых верных воинов, что неотступно следовали всюду в бою, - добавил Кирсан со шрамом под левым глазом и сломанным носом, - заперли израненных в избе и сожгли живьем! Мы этого не забудем и не простим!! Вот тогда артане действительно ринутся убивать куявов, ваше величество! А иначе никто жопу с печи не сдвинет! Им же дома хорошо — под боком жены, дети, жрать есть чего, жизнью рисковать отвыкли. Мы из воинов превращаемся в земледельцев, правда хреновых. А так — вскочат и пойдут пускать куявам кровь! Еще и награбленное добро в Артанию привезут!

Пуртан удивленно приподнял брови, кивнул с одобрением.

— Неплохо придумано. В конце концов, как гласит древняя мудрость, на войне все средства хороши. Раньше артане были сильнее и выигрывали за счет храбрости и силы. И эти качества в нас остались, но они — дремлют! Нам нужно разбудить артан, растолкать спящего медведя!

Он посмотрел на советников.

— Где случилась битва, в которой погиб тцаревич?

— В Рандосском лесу, мой тцар, - ответствовал Лошбар.

— Ну вот, - кивнул Пуртан удовлетворенно и провел ладонями по резным подлокотникам трона. - Артания будет мстить за тцаревича Рамзагана и его дружину, подло убитых при Рандоссе. Куявия содрогнется от нашего справедливого гнева!

Поднялся советник по кличке Пригоршня, поджарый и лысый, как коленка, ибо на его голове уже давно не растут волосы.

— Дозволь еще слово молвить, тцар, - сказал с поклоном.

— Говори, Пригоршня, - поощрил Пуртан.

— На окраинах снова свирепствуют жестокие разбойники. Нападают на деревни, сжигают дома и пашни. Убивают мужчин и насильничают жен и дочерей.

— Проклятые нелюди, - сказал тцар, сжимая кулаки на подлокотниках трона. - Вели отправить туда своих отборных воинов, Пригоршня. У тебя в дружине ветераны, что воевали вместе с вантийцами, отражая набеги кочевников, пять лет назад. Пусть наведут порядок.

— Как прикажешь, мой тцар! - ответил советник, снова поклонился и сел. - Слушаюсь.

— Как надоели эти ушкуйники, - проговорил тцар негромко, но чтобы слышали все советники в зале. Пальцы крепко стиснули деревянные бусы. Затем поднял взгляд на внимающих подданных, сказал яростно: - Мы будем гнаться и карать их везде! В корчме, значит, в корчме, в лесу, значит, в лесу. Даже если в хлеву или нужнике настигнем со спущенными портками, то затопчем и там!

Когда спустя несколько дней артанское войско среди ночи вступило в воды пограничной реки Дунара, освещая путь факелами, казалось, две реки слились в одну — людская и водяная. Здесь неглубоко, кони спокойно переплыли, неся на спинах легко вооруженных воинов. Вылезали на пологий противоположный берег, махали хвостами и приседали, стряхивая воду. На артан со всех сторон полетела водяная пыль с животных.

Пришпоривая медленно двинулись дальше — впереди в темноте видны очертания сторожевых башен и прикордонной крепости куявов.

Два куявских воина коротали ночь на крепостной стене, ходя туда-сюда между двумя башнями. Крепость и расквартированный в ней отряд уже давно бездельничает, с соседями-артанами уже больше ста лет как мир, дружба да торговля, поэтому они даже не смотрели в сторону раскинувшейся за Дунарой Артании.

В древние времена, когда два тцарства враждовали, и артане ходили в регулярные набеги, стоило только запалить сигнальные костры в каждой из башен, как огонь моментально зрели в крепостях более отдаленных. Там уже собирались крупные войска, а сигнал опасности передавали огнями дальше — и так до самой стольной Куябы.