Книга Разрушитель, страница 57 – Мария Токарева

— Уж мы постараемся, – пообещал Лорд Нираш, довольно оценивая работу «подчиненной».

— Господа, оставляю его вам, – прошипела Одио, покидая подземелье. Она ссутулилась и словно разом постарела на тысячу лет. Митрий знал, что подобие мести не принесло ей облегчения. А вот ее хозяева питались энергией страданий многие столетия, и теперь они получали свое главное лакомство – мучения и кровь верховного семаргла.

Лорд Нираш и Раат Шаатир окружили его с двух сторон и впились в шею вампирскими клыками. Лорд Нираш – спереди справа, Раат Шаатир – слева со спины, жадно царапая когтями кожу пленника.

— Всегда хотел попробовать, какова на вкус кровь семаргла. Верховного семаргла! – почти в экстазе усмехнулся Раат Шаатир.

— Или самозванца, который назначил себя Великим Хранителем, – сквозь булькающие звуки поглощения крови фыркнул Лорд Нираш, глубже вгоняя клыки, но потом поднял голову, с отвращением продолжая: – Эй, Митрий, помнишь, как я просил технологии? Помнишь короля эльфов, который пытался бороться с космическим змеем, пока ты делал из нашего мира ловушку? Может, стоило помочь мне? Ах да, ты же всегда найдешь себе оправдание!

— Кто дал тебе власть? Может, Джи-Джи был настоящим Великим Хранителем Гепардом? А не ты… У тебя даже нет второй формы! Ты был таким же властолюбцем, как Лорд Нираш, – посмеивался Раат Шаатир, усердно раздирая спину Митрия. – Я знаю великого Змея Хаоса и Белого Дракона. Они такими появились, как и я. Такова наша природа, дихотомия сил, баланс – добро, зло и хаос! А кто тебе дал право? Кто?! И кто дал право создавать Стражей?!

— Против вас… против… все средства хороши, – прошипел Митрий, ощущая, как теряет силы. Надежда еще теплилась в сердце: он все еще верил, что за ним кто-то придет, что его освободит Сумеречный Эльф. Вот только… многие века назад он не пришел за учеником. И не дал ему ни высшего смысла жизни, ни понимания своей природы. Поначалу он надеялся избавиться от него, плода неудачного эксперимента. Решил, что будет лучше, если Тринадцатый Проклятый сгинет в застенках короля асуров, тихо и незаметно. А он, предводитель семарглов, чинно оплачет его и забудет, похоронит в дальнем уголке памяти свой самый опасный и дерзкий эксперимент над плотью, материей и душой.

— О, смотри, Нираш, он говорит как истинный асур, но считает, что борется с нами, – поморщился Раат, слизывая золотистые капли с шеи Митрия. – А кровь у него на вкус как водица.

— И тело иллюзия. Самозванец, – выплюнул Лорд Нираш.

— Однако же он дорожит своей иллюзией, боится, что линии вокруг него почернеют, – рассмеялся Раат, вырывая из крыльев Митрия перья. Медленно, по одному, с неспешностью изощренного палача.

— Но если бы он смотрел внимательнее, то уже увидел бы, насколько он погряз во тьме, – сказал Лорд Нираш, наотмашь ударяя пленника по лицу когтистой рукой. – Ну что, Митрий, а где ты был, когда я собирал Ключи Асуров в разных мирах? Ах, ну да! Сумеречный Эльф твой все исправлял? Десять лет скитался и мешал мне! Удивительная преданность отвергнутого ученика. А где ты был, когда Змей Хаоса поедал город Вермело^[5]? Ах да, Сумеречный Эльф… Думаешь, он ради тебя сражался? Думаешь, это ты его направляешь? Нет, наш дорогой Разрушитель Миров делает лишь то, что он считает правильным.