Книга Белый Дракон, страница 256 – Мария Токарева

— Никак! То, что умерло, не воскресает. Спроси у Стража Вселенной, если мне не веришь, – отводя взгляд разноцветных глаз, ответил он.

— Это ты убил их!

— Не я! – плаксиво простонал Змей, мотая головой. – Это был Бифомет Ленц. Я бы не посмел убить собственную дочь!

Джоэл замер, сглатывая ком в горле. Изумление пригвоздило его к рассохшимся доскам пола. Пульсирующая сила Белого Дракона замерла, погасла на мгновение, чтобы обрушиться новой волной нестерпимой боли и неверия:

— Что? Она была дочерью Ленца.

— Нет… Невеста Белого Змея Хаоса, дочь Змея Хаоса, прекрасный асур… Но не дочь Ленца, – вздохнул Змей, бессильно опускаясь на ближайший стул с витыми ножками и закрывая лицо руками, совсем по-человечески. – Моя дочь. Моя Джолин, дочь великого асура. Да, я явился ее матери в образе Бифомета, я надеялся, что она вспомнит меня, вспомнит свою сущность.

— Ее мать тоже была Змеем? – вздрогнул Джоэл. Теперь он понимал, из-за чего несчастную Джолин так мучил Бифомет Ленц: он чувствовал, что воспитывает чужого ребенка, подменыша асуров. Но любимая все равно была невиновна в своем происхождении, о котором даже не узнала. Не успела.

— Не Змеем, но асуром. Прекрасной неукротимой сущностью, предназначенной мне самой судьбой. Я помню ее огненные волосы, она была так прекрасна… – мечтательно протянул Змей, наслаждаясь образом из далекого прошлого. – Где-то ее звали Реей, где-то давали иные звучные имена. Где-то ей поклонялись, где-то – проклинали и казнили. Но она слишком верила в людей! Верила, что можно жить среди них! Можно любить их. Только она возрождалась в разных мирах и всегда была несчастна, всегда погибала, а я не успевал спасти ее. Она… сбежала от нас обоих. И от меня, и от дочери. Да и от настоящего Ленца. Сбежала через очередную смерть к новой сущности. А я остался за стеной. Один. И не мог ни помочь, ни помешать. Не мог защитить Джолин.

«По крайней мере, Джолин не брал силой собственный отец, – с горьким облегчением подумал Джоэл, а сердце сжалось от новой боли. – Но… что это уже меняет? Если даже Змей был не в силах остановить зло людей. Если даже для Змея оно ужасно, то кто же истинное зло? Древние монстры или то, что таится в темных сердцах?»

— Мать Джолин… Она погибла от побоев Ленца! – воскликнул он, все еще не веря. Слишком много невероятных превращений обрушилось на него в этот день.

— Я тоже так считал, пока… Впрочем, это лишь догадка. Может быть, и погибла. Как бы я не хотел этого! До меня дошли слухи, что сейчас она, кажется, на планете Земля, только вот не помнит ни меня, ни Джолин… – отозвался Змей, устало проводя связанными запястьями по черным волосам, торчащим, как его недавняя грива, которой он лишился навечно, как и своего облика. Белый Дракон постарался, Джоэл спроецировал то, что увидел в своем подсознании. Так он видел Змея в образе человека. Сработало. Только радости никакой не принесло.

— Может, и Джолин не погибла? Может, она сумеет возродиться? – неуверенно предположил Джоэл, но Змей вздрогнул и опустил голову, глухо отвечая:

— Нет… То, что с ней сделал Ленц, а потом какой-то жалкий пекарь… То, что я не смог предотвратить… Это превратило ее в монстра. В сомна.

— Ты же сам создавал Вестника Змея!

— Не Вестника! Я надеялся, что она станет невестой для Белого Змея, когда осознает свою природу асура. И когда Белый Змей осознает свою силу. И так мы положим конец вражде из прошлых твоих воплощений, – немедленно уточнил Змей Хаоса. – Да, я надеялся заполучить могущественного союзника. Все вместе мы захватили бы Вселенную, сразили бы Раата Шаатира, поработили бы оставшиеся миры, управляли бы ими согласно асурским законам. Это мог быть и не ты, а кто-то другой. А мог быть и ты, если бы помог мне, а не Стражу Вселенной.