Книга Душа мира, страница 189 – Мария Токарева

Неужели позабыл? Нет, он вовсе не дух разрушения, не кара высших сил. Он однажды вызвался, чтобы раз и навсегда искоренить всю злобу, всю боль. Так не удалось, не случилось, ибо не разрешено. Но он навечно поклялся не разрушать, а лечить изъявленное раздорами мироздание. Линии! Линии мира! Как же он посмел настолько увлечься поединком? Ведь именно этого и желали мертвые льоры в оболочке Нармо, эти демоны, чьи голоса застряли в звенящих струнах фальшивыми нотами.

Когти прочертили наискосок, справа налево, разрывая кольчугу из драконьей кожи, едва не вспарывая брюхо. Конечно, не смертельно для бессмертного, но неприятно. Он вовремя отскочил, обрушиваясь сверху, мощный контрудар пришелся на середину меча. И все же отвлекался от поединка, отдавая предпочтение базовым засечным и диагональным ударам, а сам неистово штопал и штопал горемычным портным ткань мироздания.

Теперь неведомым образом подключился Сарнибу. Какая же великая созидательная сила в нем открылась! Ему помогал Инаи, твердил что-то о новом изобретении: на основе его сонных миров он создавал призрачные щиты, которые вполне реально отражали действие черной дыры, сжимали ее до размеров игрушечной модели. Но это в теории… Им всем не хватало сил, даже Стражу Вселенной с двумя льорами. Разрушать проще, чем собирать осколки хрупкого раздробленного мира.

«Друзья… я не выстою без вас, без всех вас… Вместе выстоим, врозь пропадем!» – наконец признался Сумеречный Эльф. Он так долго взваливал груз ответственности на себя одного и ни у кого не просил помощи, если во что-то вмешивался. Но Эйлис… Нет, этот мир взывал к спасению у своих обитателей. И они уже услышали его волю. Но неужели той страшной ценой, с которой Сумеречный Эльф сам никогда бы не смирился?

И Страж непростительно злился на себя за кошмарное равнодушие, обрушивая ураган ярости не на горемыку Нармо, а на тысячи льоров, которые поставили Эйлис на грань исчезновения.

Сумеречный Эльф рванулся вперед, за порывом души не успевало тело и меч. Он вновь растворялся дымным облаком, сияющим туманом – вот и все, что от него осталось на самом деле. Вот кем он являлся теперь после сотен лет скитаний. Он – юдоль тревог и скорбей всех миров, испитая до дна чаша страданий. Но он рвался вперед, сокрушая Нармо, заставляя того отступать шаг за шагом от портала.

— Ты! Не получишь! Ни Землю! Ни Эйлис! Вы все, древние короли-безумцы, ничего не получите! – кричал Сумеречный Эльф, а магия его создавала поля невиданной силы и давила извивающихся змей. В ползучих гадов обращалось измененное тело Нармо, вскоре он весь состоял лишь из одних рептилий, оплетенный слоями огня и копоти.

Сумеречный Эльф не останавливался, сизой мглой сворачивалось пространство под ударами клинков, разрывались связи тьмы. Дымчатые топазы уже не усыпляли волю пробужденных самоцветов, и Нармо вновь выл от боли, погребенный под своей силой. Зато разрасталась сила Сумеречного Эльфа, и вот – случился последний решительный удар, выбивший Нармо из башни через прореху в стене, окончательно отбросивший от портала.

Они летели в бездну, опрокинутые обломками плит. Они сорвались с узкого карниза, и воздух уже не держал их. Сумеречный Эльф вцепился обеими руками в глотку Нармо, не позволяя тому колдовать. Он не обращал внимания, как когти вонзались в его нематериальное тело, он вытравил свою-чужую тьму, загнал ее на самые задворки сознания. Нармо зря старался.