Книга Альфа, страница 19 – Ларри Коррейя

Однако это был мой долг. Я поклялся папке, что буду биться с монстрами до конца. У меня даже мысли не возникало, что я когда-нибудь сам стану монстром, но, справедливости ради, Шэклфордовские профессиональные бойцы с нечистью до этого никогда и не сталкивались с вервольфами. Нежить – другое дело. Если обратишься нежитью, это не считается: ты больше не человек. Просто пустая, бездушная оболочка, автоматически повторяющая действия живых. А я, обратившись, стал отвратительнейшим из убийц, но все еще считал себя человеком. Чувствовал себя личностью, хоть и знал правду. Я – монстр. А монстров нужно уничтожать. Выпив половину бутылки, я пришел к четкому решению. И в этот раз, с серебряной пулей, все должно было получиться.

Старый форт стоял на отшибе, но я услышал шаги на каменных ступенях еще до того, как увидел человека, которому они принадлежали. Я был достаточно вежлив, чтобы не делиться зрелищем своих разбрызганных мозгов, поэтому спрятал пистолет обратно под рубашку.

Однако незнакомец не просто шел мимо. Он был высоким, очень тощим, с крючковатым носом. Не старый, но лысеющий, в черном костюме и с белым воротничком католического падре. Он показался мне подозрительно похожим на стервятника, но, впрочем, я был пьян. Священник заявил, что его послали меня найти и ему крайне требуется моя помощь.

– Без обид, отец, но я немного занят, – ответил я.

Он склонил лысоватую голову.

– Понимаю. Вы как раз призадумались, прежде чем застрелиться. Но сперва не уделите ли мне минутку вашего времени?

Он выглядел местным, но английским владел превосходно – получше меня!

– Все так очевидно?

– Да, однако я уже какое-то время за вами наблюдаю. И мне прекрасно известно, что вы такое.

Я был уверен, что до этого его запах мне не попадался. Я пришел сюда по следу другого вервольфа. Я был хищником. Бегал ночи напролет по улицам старого города. Если бы кто-то за мной следил, я бы точно заметил его.

– Серьезно? И что же я такое?

– Человек, несущий бремя проклятия. – Священник смахнул пыль с камня и сел рядом. – Несущий на себе метку Каина. – Он помедлил, словно ожидая, что я буду спорить. – Уверен, вы знаете, что задумали совершить ужасный грех.

– Да, да. Добавлю еще один к списку. Мне и так дорога в ад. Смекаете?

– У меня сложилось впечатление, что вы хороший человек, попавший в затруднительное положение. Полагаю, на вашем месте я выбрал бы умереть так, чтобы принести пользу своим братьям во Христе. Есть великое благородство в жертвовании.

Я был пьян, но не настолько.

– Священника из меня не выйдет точно. Я убил до черта людей… нескольких съел.

– О, нет, нет! – Священник засмеялся так, что аж задыхаться начал. Никогда раньше не видал, как смеется стервятник. – Я вовсе не это имел в виду.

Ему пришлось даже отдышаться немного. Похоже, одна мысль о том, что я могу прийти к Богу, казалась ему ужасно смешной. Какое-то время мы любовались рассветом, а потом он наконец вывалил свое предложение:

– Есть одна деревня, которой нужна помощь.

– Какая помощь?

– Такая, что вы, скорее всего, погибнете, пытаясь ее оказать.

* * *

Хизер как раз собиралась на работу, подтягивая ремешки ненавистного бронежилета, но в дверь постучали. Может, «ненавистный» – слишком сильное слово для штуки, спроектированной так, чтобы спасти ей жизнь, но бронежилет был неудобным, раздражал и полнил ее. К сожалению, носить его надо обязательно. Этот жилет хотя бы был женской модели – то есть, в отличие от того, который ей выдали в Миннеаполисе, не расплющивал грудь. Хизер накинула зеленую форменную рубашку, начала застегивать.