Книга Поваренная книга для загробной жизни, страница 2 – Дестон Дж. Манден

— Ах, этот взгляд, – заметил отец. – Ты воистину мой сын. Вот, нарежь все это. Да помельче. Не торопись. Спешить некуда. Как думаешь, справишься?

— Справлюсь, – заверил Разгайф. Но его рука дрожала.

— Верь в себя, сынок, – напутствовал отец и снова повернулся к котлу, чтобы помешать содержимое. – Нарежь ровными кусочками.

Эти слова придали юному орку необходимой смелости. Разгайф-младший принялся методично орудовать ножом, начав с того, с чем управлялся лучше всего: с моркови. Теперь ему было легко нарезать оранжевую, коричневую и фиолетовую пещерную морковь, ведь именно ее доверил ему отец, когда впервые заметил интерес в глазах сына. Разгайф отодвинул в сторону готовые овощи и перешел к картофелю и сельдерею. Каждый кусочек давался ему с трудом, но он упорно продвигался вперед, от ингредиента к ингредиенту.

Обливаясь потом, Разгайф занес дрожащую руку над тушкой. Птицу было непросто разделывать, ведь сухожилия и жир прятались в самых неожиданных местах. Однако юный орк подавил в себе страх и принялся за дело. Нож наткнулся на первую преграду.

— Помни: режь от себя, – не оборачиваясь подсказал отец. – И береги пальцы. А то закончишь как папа.

— Я осторожно, – дрожащим голосом заверил Разгайф.

Он не видел улыбку на лице отца, зато отчетливо слышал ее. Вновь собравшись с силами, юный орк продолжил. После нескольких неудачных попыток и долгих мучений мясо было разделено на примерно одинаковые кусочки. Разгайф приправил блюдо как мог, обваляв ингредиенты в смеси трав. В груди снова поднялись трепет и волнение.

— У меня получилось, – сказал он и ощутил подступающие слезы.

— Вымой руки, прежде чем тереть глаза.

Разгайф кивнул и ополоснул кисти в тазу. «У меня получилось», – повторил он про себя.

— Когда-нибудь из тебя выйдет отличный сифу, – заметил отец, нынешний клановый повар.

Он взял блюдо с рагу и поставил его в каменную печь.

— Настанет день, и меня здесь не будет. Я надеюсь, ты проследишь за тем, чтобы желудки твоих сестер и братьев оставались полны. Возможно, у тебя самого появятся дети, и ты увидишь в их глазах то же выражение, которое я вижу сейчас. – Он взъерошил густые волосы Разгайфа. – А теперь ступай, позови маму и братьев с сестрой. Уже пора ужинать.

Разгайф кивнул, направился к выходу из пещеры, набрал побольше воздуха в грудь и крикнул:

— Ужин почти готов!

Братья и сестра разочарованно застонали: весь их боевой дух улетучился, сменившись урчанием желудков. Мама присоединилась к Разгайфу, призвав детей поторопиться. Ничего, вот войдут в пещеру – и сразу повеселеют, как и всегда.

Воздух полнился ароматами еды. Рагу источало пряные ароматы шалфея, сумаха и тимьяна, жареного мяса и овощей. В густом супе плавали кусочки свежепойманного бизона. Отец вынес корзину с фруктами, которые собрал этим утром: хурму, яблоки, груши и маленькие оранжевые плоды под названием морозники. Последним был пудинг. Старший Разгайф не готовил десерты, если только его не охватывало особое вдохновение. Он не был большим любителем сладкого, и в этом заключалось единственное существенное различие между отцом и сыном. Разгайф-младший подпрыгнул от радости, доставая лакомство из зачарованной на холод шкатулки. Пудинг был приготовлен из редкой коричневой фасоли и покрыт сливками и бисквитной крошкой.