Книга Время ветра, время волка, страница 112 – Каролина Роннефельдт

Повозки остановились на полпути между мостом и замком. С обеих сторон простирались обширные пастбища, совершенно пустые. Укрыться здесь было негде: ни изгородей, ни густого кустарника, а вдоль подъездной дороги не росло ни одного дерева. Карлману показалось, что они все-таки вырвались из реального мира и попали в какие-то срединные земли, недоступные ни для друзей, ни для врагов, где царят лишь тьма, холод и абсолютная тишина.

Все молчали, только Тильда тихонько всхлипывала. Хульда перестала кричать в спину Энно, которого было едва видно в темноте. Тот бросился на поиски Муни, прихватив фонарь Уилфрида, – побежал обратно к реке.

Обессиленный и промокший до нитки, мельник даже не думал сопротивляться и лишь стоял, прислонившись к Снеговику, и глубоко вздыхал. Ужас еще не выпустил квенделей из своих объятий, и они не могли даже обмолвиться о том, как им удалось благополучно пересечь мост. Еще предстояло узнать, что же случилось с теленком, какой бы ужасной ни была его участь.

Гортензия будто во сне спустилась с козел и погладила верных пони. Хульда подошла и остановилась рядом, погрузившись в раздумья. Старик Пфиффер незаметно спустился с повозки и, заглянув под брезент, убедился, что с Райцкером все в порядке. Как и ожидалось, кот лучше всех пережил безумную скачку. Затем Одилий направился к Шаттенбартам, которые так и сидели на корточках в куче рассыпавшегося багажа. Младший заботливо обнимал старшего за плечо. Одилий заметил, что молодой квендель встревожен, но отбросил грустные мысли.

— Будь так добр, мальчик мой, оставь нас ненадолго. Сдается мне, у твоего дяди есть кое-что на уме, о чем он пока не в силах рассказать тебе.

Что бы это ни значило, возражать Карлман не решился. Странные слова Бульриха нашли отклик в его душе. Пусть он не мог понять, о каком одноглазом идет речь, все же этот образ пробудил в памяти другой – так описывали долговязого ненакомца, который, возможно, в самом деле преследовал перепуганных жителей деревни, а не только в их воображении.

Молодой квендель наконец встряхнулся, сбрасывая оцепенение. Он уже собирался пойти к мосту, искать Энно и пропавшего теленка, как вдруг с противоположной стороны донеслись крики и стук копыт. Из открытых ворот замка лился свет, по дороге приближались яркие огоньки – Винтер- Хелмлинги заметили путников и поспешили на помощь.

Навстречу путникам скакали четыре всадника, у каждого в руке был горящий факел.

— Сам Хелмлинг и трое его сыновей, – заявил Биттерлинг, едва рассмотрел всадников. В его голосе звучало безмерное облегчение, он с восторгом сжал руку Тильды. Что могло быть лучше, чем укрыться в Фишбурге? Звентибольд мечтал о незапланированном отдыхе в уютном, безопасном замке за высокими стенами и широким рвом.

— Клянусь заячьим грибом! – крикнул владыка Фишбурга, натягивая поводья великолепного пони. – Вижу, штормовой ветер – если это он – пригнал к нашему порогу смелых путешественников, знаменитых с Волчьей ночи, да еще вместе с Уилфридом фон ден Штайненом, прямо к празднику. Большая честь для нашего дома в неспокойные времена, вот что я скажу.

Левин Хелмлинг, любитель поразглагольствовать, смотрел на сгрудившихся у забрызганных грязью повозок квенделей. Похоже, истинные причины их появления на этом берегу реки мало его волновали.