Книга Пять юношей квартала сайя, страница 94 – Ива Годар

Тело танцора, стройное и четко прорисованное, вместе с тем впитало в себя ленцу юга и гибкость трав. В его притягательности не ощущалось ничего возвышенного, и эта естественность увлекала Рику. Хидео не пытался казаться кем-то другим. Он оставался собой даже во сне, – любовником за деньги, ловушкой для сладострастных. Избалованным и довольным собой сайя. Он нес себя, словно подарок, ожидая прикосновений. Рика ни разу не видела Хидео таким простым и незащищенным, но в отличие от воинов, непривычно беззащитных на ложе, ему ничего не угрожало. Даже поза, в которой он спал, манила коснуться. Рике подумалось, что если его разбудить, Хидео просто откроет глаза и подарит ей свое тело, ни о чем не спросив, – просто потому, что создан таким. Это волновало.

Некоторое время Рика наблюдала за Хидео. Его обаяние напоминало о неумолимом, медленном притяжении между солнцем и планетами, о котором рассказывали астрономы. И Рика чувствовала, как чуждое ей яркое светило затягивает все ближе, но потом вдруг вспомнила, как оказалась здесь. Она дернулась, и Хидео проснулся, распахнув опасные глаза.

— Я уже начал думать, что ты проспишь тысячу лет.

— Что случилось?

— Ты потеряла сознание, когда Таро перестали хлестать плетьми. Он принес тебя сюда, а сам отправился к лекарю. – Хидео сладко потянулся и подпер голову рукой. – Боюсь, какое-то время ты его не увидишь, но он просил тебя остаться здесь и насладиться жизнью квартала. А Кацу передал письмо.

Меньше всего Рике хотелось читать письма от Кацу, и знание о лежащем рядом конверте ее беспокоило.

— Я начинаю забывать, что тут есть наслаждения, – ответила она.

— И это совершенно непростительно. – Хидео перевернулся на живот и подкатился ближе к ней, положив голову на локти. – Чувствую, я обязан разубедить тебя.

Рика думала, что ни за что не поддастся, но его слова дарили легкомысленную радость, как первые глотки вина. Для Хидео не существовало никакого зла, только чужая глупость, которая тут же забывалась.

Хидео вопросительно смотрел на нее, а в его зеленых глазах купалось солнце. Он словно ждал любого знака, чтобы продолжить делать то, что любил больше всего. Он соблазнял ее – органично, по наитию. Рика знала, что Хидео игрок, что просто подшучивает над ней, потому что привык. Знала, но все равно поддавалась. Внутри нее возникла шипучая, азартная легкость, и Рика позволила ей охватить себя целиком. Нетерпеливая улыбка сайя не подразумевала отказа. Хидео не зря получил свое прозвище.

— И что меня разубедит? – спросила она, понимая, что разрешает произойти всему, чего бы ни захотел Хидео.

— Сейчас увидим.

Хидео придвинулся почти вплотную, а затем обнял ее одной рукой и резко потянул вперед. Их тела мягко столкнулись, лица оказались невыносимо близко, а губы слегка соприкасались. Рика уловила пахнущее удом^[21] и нарциссами тепло, а когда Хидео накрыл ее ягодицы ладонями и прижал к себе, ощутила его возбуждение. Твердость его тела там, где должна была находиться мягкая кожа.

— Ты… – Рика встретилась с его взглядом.

— Я собираюсь снять с тебя платье, дона, – сказал Хидео, задевая губами уголок ее рта. – Оно пахнет яростью и кровью Таро. – Его голос тек густым медом.

Язык тела Хидео сильно отличался от остальных мужчин. Он предлагал ей стать частью квартала с чарующим бесстыдством, и Рика не понимала, зачем ей противиться этому. Наказание, предательство, побои – она начала сомневаться в том, что уплаченная ею цена за вход в квартал стоила того, и хотела получить доказательства обратного. Узнать, ради чего женщины ползают перед сайя в пыли. Ощутить что-то вопиющее, возмутительное и неизведанное.