Книга Сердце тумана, страница 149 – Хелен Шойерер

Обернув полотенце вокруг талии, он опустился в кресло перед потрескивающим камином. Вода крупными каплями стекала с его темных волос, а монета Ясинды раскачивалась у него на груди, как маятник. Он потер ноющие виски, прежде чем положить сумку на колени. Он не сверялся с картой со времен Ходдинотта – вокруг было слишком много любопытных глаз, – но король просто обязательно о ней спросит. Он порылся в своей сумке, вытаскивая чернила, перо, обрывки пергамента, баночку обезболивающей мази, лезвие для бритья… Он опустился на колени и перевернул сумку на пол. Его охватила паника. Он лихорадочно перебирал рассыпавшееся содержимое, но безуспешно. Страх поразил его, как один из ударов Генри, резкий и точный. Карта исчезла.

В большом зале был накрыт праздничный стол. На длинных столах, как обычно, стояли роскошные золотые тарелки, столовые приборы и кубки, а в центре – блюда с жареным мясом и овощами. Пахло потрясающе, но у Суинтона пропал аппетит. Карта у Блик или, что еще хуже, у Генри, он был уверен в этом.

Фиори, Генри и Блик уже сидели в конце стола, ближе всего к возвышению. Генри смыла грязь с лица, но в остальном осталась прежней: ее наряд, прическа и оружие – все это было намеренным пренебрежением к двору. Блик, однако, выглядела как чужая. На ней было бледно-голубое платье, которое подчеркивало ее маленькую грудь и стягивало и без того тонкую талию. Слуги, без сомнения, заставили ее надеть это платье, а также закололи ее мокрые волосы на макушке, как было принято согласно моде, но не осмелились прийти к Генри. Суинтон ожидал, что Блик будет выглядеть смущенной, но с полным кубком вина в руке ангоувская сирота выглядела разве что слегка скучающей. Суинтон занял свое место рядом с Фи и бросил взгляд на двух женщин напротив, которые подносили к губам свои бокалы. Ему хотелось поговорить с ними о карте, но сейчас было не время, и, конечно, здесь было неподходящее место. По всему замку были глаза и уши.

Несмотря на отсутствие аппетита, Суинтон принялся за еду и отхлебнул эля, прекрасно осознавая, что вокруг них повисла гнетущая тишина. Слышался только скрежет ножей и вилок, который делал тишину еще более напряженной. Затишье перед бурей.

Он заметил, что Блик наливает себе еще один бокал вина. Она явно относилась к этому как к своему последнему ужину. Генри, напротив, едва притронулась к еде и сидела, расправив плечи, следя глазами за каждым малейшим движением в зале. Служанка налила ему еще один бокал холодного эля. Взгляд Блик переместился на его кубок.

Она подняла брови, как бы спрашивая: «Что?» – и сделала большой глоток из своего кубка.

Это была ты? – подумал он, все еще молча возмущаясь потерей карты. Его взгляд упал на Генри. Он не знал, в чьих руках нахождение карты будет хуже. Он потер шрам на подбородке и сделал большой глоток из кубка.

Суинтон убедился, что никто не последовал за ним после ужина, когда он ускользнул от остальных и направился из замка в лабиринт. Он несколько раз возвращался, просто чтобы убедиться. Только молчаливые стражники и король знали об этом месте. Он не стал зажигать факел, потому что факел мог привлечь внимание. Вместо этого он шагнул в лабиринт, в темноту, зная, что сможет найти дорогу и без зрения, потому что ему нужно было только следовать за легким движением магии.