Книга Пережить смерть, страница 18 – Дмитрий Клопов

— На диван его! — командую я. — Макс, достань из моего рюкзака аптечку и дай мне. И организуйте мне свет здесь какой-нибудь.

— Ты чего раскомандовался? Тоже мне, доктор нашелся. Понты свои кривые знаешь куда засунь? Паха, скажи ему, пусть знает свое место! — возмущается Жека.

Дядя Паша хмуро смотрит на меня, затем на Макса и только потом переводит взгляд на бывшего зека.

— Фонарик из прихожей принеси, — негромко, но отчетливо произносит дядя Паша. — И помалкивай пока. Без тебя мозги кипят.

Жека вспыхивает и скрипит зубами. Однако худой мужчина так ничего не произносит и недовольно выходит в прихожую. Я смотрю в его скрытую грязной майкой спину и практически физически ощущаю ненависть ко мне. Возможно, это он сгоряча? Как никак, его друг на диване раненный лежит.

— Что-то еще нужно? — выводит меня из раздумий голос дяди Паши.

— Да. Водка есть? — спрашиваю я.

— Есть, но может, не сейчас? Ты на сухую не можешь, что ли? — уточняет бородач.

— Лекарств у нас с собой почти нет. Обеззаразить надо чем-то, — отвечаю я и останавливаю свой взгляд на оружии в руке охотника. — И нож свой давай.

В этот момент к нам подходят Жека и Максим. В руках худого мужчины внушительных размеров фонарь, который словно прожектор разрезает темноту в комнате.

— Держи, Андрей, — парнишка протягивает мне бинт из аптечки. — Дядь Паш, делай, как он говорит. Андрей правда помочь может.

— Бинт пока не нужен, — отвечаю я и встречаю недоуменный взгляд парнишки. — Когда закончу, обязательно пригодится. А сейчас найди пока полотенце какое-нибудь, только подлиннее. В ванной посмотри.

Охотник опускает взгляд и внимательно осматривает сначала меня, а потом Максима. Парень, вмиг посерьезнев, отвечает ему таким суровым выражением лица, словно он стал старше на несколько лет. Дядя Паша тяжело вздыхает и отворачивается от него.

— Ладно, не зыркай на меня, — сдается охотник и обращается ко мне: — Делай, что хочешь, только спаси Николаича!

С этими словами дядя Паша вкладывает мне в ладонь потертую рукоять ножа и выходит из комнаты. Из кухни доносится звон посуды, а затем охотник возвращается с початой бутылкой водки.

— Подойдет? — поинтересовался бородач. — Только «на бруньках» есть.

— Да без разницы вообще, — отрезаю я. — На руки лучше полей.

Дядя Паша немного замялся, но все же устраивает импровизированный рукомойник. Я прижимаю ладони друг к другу и растираю разбавленный спирт по всей их поверхности.

Водка немного щиплет руки, попадая в мелкие порезы и ссадины. Затем я подставляю под струйку прозрачной жидкости изогнутое лезвие ножа, обеззаразив и его. После «водных процедур» в бутылке остается едва ли треть водки, но хватить должно.

— Отлично, хватит! — останавливаю я охотника и поднимаю руки перед собой.

Бородач кивает и подносит бутылку к своему рту, явно вознамерившись залить остатки в себя.

— Стоять! — рявкнул я.

В комнате замирают все. Даже Макс, который беспокойно снует между мужчинами. Пробираясь под лучом фонаря, он останавливается на полушаге с замызганным банным полотенцем в руках.

— Остальное корешу своему на рану вылей. Промывать водкой, конечно, не очень эффективно, так как там содержание спирта слабовато, но за неимением другого. В общем, просить тебя поливать ее грязной водой из-под крана мне не кажется хорошей идеей, — объясняю я охотнику. — Давай, начинай.