Книга Пережить смерть, страница 75 – Дмитрий Клопов

— Себе тоже плесни, — разрешаю я.

Док пожимает плечами и наполняет второй стакан. Звякнув стеклом, мы отправляем янтарную жидкость согревать наши желудки. Я скривился от недружелюбного импортного самогона, но это то немногое, с чем мне приходится мириться на руководящей должности. В той прошлой жизни ничего крепче пива я никогда не пил.

— Они уже подтвердили моим па-арням, что на-ашу группу тогда-а перебил тот новенький ка-апитан. Люди Гра-афа доверились ему, а Кэп ра-асстрелял их в спину. Ка-ак трус! Ну, это и поня-атно — по-другому у него ни за-а что не вышло бы та-акое провернуть, — сообщает Каа.

Я опираюсь на стол и киваю на стакан, требуя повторить. На сухую я о таком размышлять не собираюсь. Каа вновь отправляется к тумбочке в углу.

— В твоих же интересах, чтобы ты ошибся на его счет, — хмуро замечаю я.

— Ты о чем, Ста-арший? — спрашивает он.

— Я о том, дурья твоя башка, что если ты прав и Саныч и правда окажется трусом, то он не придет сюда, чтобы спасти религиозников. Или обменять свою бесполезную тушку на их жизни. Плевать! И тогда я отправлю тебя и твоих Мясников прошерстить всю Москву по кирпичикам. Без сна и отдыха будете мне его искать, пока не найдете! — зарычал я — Теперь тебе ясно?

Каа возвращается с новым стаканом, который теперь заполнен почти до краев. Он быстро осушает свой, но на этот раз я не спешу присоединиться к нему. Док, для храбрости что ли накатил?

— Зна-аешь что, Ста-арший? Твой хва-аленый герой войны уже неделю не появля-ается. Ка-ажется, ты на-адумал про него лишнего. Был бы он тем, кем ты его описыва-аешь, он бы уже за-аявился сюда па-аля во все стороны и бессла-авно подох, повиснув брюхом на-а за-аборе. Выгляни в окошко — не видно его трусливого тельца-а та-ам? — спрашивает Каа и, не дожидаясь моего ответа, продолжает: — Засса-ал он сюда-а сова-аться, вот и все! Ребят Гра-афа он положил, стреляя в спину — вот его метод. Вот его суть! Трус не придет никого спаса-ать, уж поверь мне. Та-ак что вот тебе непрошенный совет: религиозных ба-аб прода-ай за хорошую цену в Хилтон Поэту, а-а мужику отрежь ба-ашку и повесь на ворота-ах в назида-ание другим.

Я внимательно изучаю физиономию доктора, и тот нервно сглотнул. Не выдержав моего взгляда, словно силясь что-то сказать, жестом попросил подождать и сам залпом осушает мой стакан. На этот раз руки его дрожат, и драгоценная янтарная жидкость расплескалась по столу неряшливыми кляксами.

— Прости, Ста-арший, — выдавил Каа и задохнулся от дозы крепкого коньяка.

— Умолкни! И с советами своими иди в задницу. Тебя развезло с импортного пойла или просто в себя поверил? — спрашиваю я Каа. Впрочем, вопрос, конечно, риторический. — Я уже все решил! Никого продавать я никуда не собираюсь — ты меня с этой сутенерской поганью не смешивай! Но про Хилтон ты удачно напомнил. Собери своих Мясников, поедем с девками Поэта развлечемся.

Доктор оперся руками на столешницу и наконец смог совладать с дыханием. Увидев под ладонями лужицы разлитого коньяка, он принимается вытирать их краями рукавов.

— Конечно-конечно, Ста-арший! Ты прости, — выдавливает из себя Каа.

Я останавливаю его жестом и встаю из-за стола. Док отпрянул, словно испугался, что я сейчас его ударю. Это хорошо. Если такой маньяк, как главный Мясник, от меня шарахается, то другие и подавно бояться.