Книга Бесконечная песнь, страница 74 – Джули Кагава

Зик закрыл глаза. Несколько мгновений он стоял неподвижно, опустив голову, борясь с собой. Наконец из его горла вырвался всхлип, безнадежный всхлип побежденного… И он шагнул ко мне и взял за руку. Я оттянула его от края, торопливо подвела к дыре в крыше, и мы ринулись в темноту – в тот самый момент, когда солнце целиком показалось из-за домов и затопило все вокруг золотым сиянием.

На следующую ночь я проснулась ужасно голодной и растерянной. Я была в какой-то незнакомой комнате, а рядом лежал, свернувшись, кто-то неподвижный, как труп. Я осторожно приподнялась на локте и оглядела тесное помещение без окон. У стены громоздились заплесневелые стулья, по углам стояли покрытые пылью и паутиной коробки с тряпками. У передней стены расположился огромный, некогда белый комод с большим квадратным зеркалом, разбитым вдребезги.

Затем мой взгляд скользнул по бледному лицу спящего без памяти Зика, и я вспомнила все, что случилось прошлой ночью.

Он и вправду здесь. Какое-то время я просто смотрела на него, чувствуя, как по телу, точно разгоняющее тьму слабое пламя, распространяется облегчение. Вчера я думала, что мне придется его убить. Вчера я пережила худший момент в своей жизни, когда Зик стоял на той крыше, ожидая, что солнце положит конец его существованию.

Но этого не произошло. Зик был здесь – чудом возвращенный из мира мертвых, если оставить в стороне технические детали. Все это до сих пор казалось нереальным, каким-то сном, хотя вампирам не снятся сны. Зик снова был со мной. Несмотря на пытки, телепатическое принуждение, смерть – несмотря на все, что причинил ему Саррен, он был со мной. И он был жив.

Самое сложное теперь – поддерживать в нем жизнь.

«Я не позволю тебе превратиться в демона», – поклялась я, пристально глядя на него. Зик неподвижно лежал передо мной, грудь его не вздымалась, сердце не билось, от кожи не исходило тепло. К счастью, мы оба уже исцелились после смертоносного соприкосновения с солнцем – ожоги исчезли. Хотя я помнила, что, когда взглянула на свою руку перед тем как заснуть, кончики пальцев были почерневшими, обуглившимися. От воспоминания я поежилась. Прошлой ночью я едва не погибла, едва не позволила солнцу зажарить меня заживо, превратить в кучу тлеющего пепла.

Я сделаю это снова, если это будет необходимо, чтобы спасти тебя.

Зик все спал. Я приложила ладонь к его щеке, почувствовала гладкую холодную кожу. Он был трупом – живым трупом, как я, но мы вместе с этим разберемся. Обещаю, Зик. Ты не превратишься в чудовище. Я буду сражаться за нас двоих, если потребуется, клянусь.

Тут в мои мысли вторглась тьма, все затмило осознание принятого мной решения – я пошла искать Зика вместо того, чтобы отправиться в Эдем биться с безумным вампиром, помешавшимся на уничтожении мира. Оказавшись перед невозможным выбором, я предпочла пренебречь инстинктом выживания… и последовала зову сердца. Год назад периферийка Элли сделала бы все возможное, лишь бы остаться в живых. Она бы только посмеялась над моей привязанностью к маленькой группке людей, которую я теперь считала своей семьей, и заставила бы оборвать все связи и спасаться. Но я так больше не могла.

Отыскал ли Кэнин Шакала?

Охваченная внезапной тревогой и легким чувством вины, я поднялась на одно колено, закрыла глаза, отыскивая своих родственников. И едва не рухнула от облегчения, тут же ощутив зов крови. Я нашла их. Обоих. Я чувствовала присутствие Кэнина, ясное, отчетливое, и другой зов, послабее, – от Шакала. Я не знала, где они. Не знала, ждут ли они меня на подступах к Старому Чикаго или уже двинулись к Эдему. Я знала лишь, что они живы. Этого было достаточно. Хотя бы они смогут остановить Саррена, если я потерплю поражение.