Книга 44–ая реинкарнация злодея, страница 87 – Алекс Го

Его первый противник - ученик пика боевых искусств - презрительно усмехнулся, когда увидел свиток в его руках:

— Ты что, собрался нарисовать мой портрет?

Хань Ян не ответил. Он стремительным движением развернул свиток и провел по нему пальцем. Чернила вспыхнули, и из бумаги вырвался дракон - не иллюзия, не проекция, а настоящая стихия, сотканная из Ци и ярости.

Зрители на трибунах ахнули. В той возрастной группе, к которой принадлежал Хань Ян, многие еще не умели толком даже заклинания использовать, а тут вдруг настолько сложная и необычная техника.

Дракон ринулся вперед, его когти рвали воздух, а чешуя сверкала, как отполированный металл. Противник едва успел поднять меч, но защита оказалась бесполезной - чернильный зверь обвился вокруг него, сжимая, словно удав, и полностью обездвижил.

— Сдаюсь! - прохрипел ученик.

Хань Ян щелкнул пальцами, и дракон рассыпался брызгами туши.

В следующих поединках он использовал не только драконов, но еще и рисовал прямо в воздухе барьеры, которые нельзя было пробить, а помимо того и мечом владел отлично. Когда турнир закончился, все только и говорили, что о гениальном младшем ученике.

Поэтому когда Су Лили заявила, будто хочет свозить Хань Яна по самым живописным местам, чтобы он набрался вдохновения для новых работ, никто не удивился. А на самом деле попаданка и злодей наконец-то сумели отправиться на гору Хуашань.

Хань Ян бывал там несколько раз в прошлых жизнях, так что сумел с легкостью открыть проход в тайное убежище семьи Хань. С того момента, как тут последний раз были люди, прошло уже семь лет, но чары, поддерживающие чистоту, все еще работали и защищали это место от пыли и паутины.

В нескольких соединенных между собой пещерах оказалось обустроено что-то роде подземного поместья. Ян уже и не помнил, каким оно было до того, как его разграбили праведные заклинатели, поэтому сейчас оглядывался с не меньшим интересом, чем Су Лили. В главной зале на самом видном месте находился портрет главы секты, его жены и наследника, а также несколько изображений предков.

Хань Ян некоторое время рассматривал портрет, который в каждой жизни доставлял ему столько проблем, а потом усмехнулся и достал кисти и краски. Он перерисовал лицо ребенка, придав ему явное сходство с Бао Цзяном. Подпись под картиной он тоже изменил, и теперь ребенка звали Бао-Бао.

Затем еще и несколько предков подправил, сделав их почти точными копиями протагониста. Краску он закрепил с помощью Ци, и теперь никто не смог бы смыть ее и узнать, как выглядели оригинальные образы. Помимо этого в кабинете главы и в его комнатах на самых видных местах оставил фальшивые письма якобы от подчиненных, которые сообщали, что наследник клана Хань под именем «Бао Цзян» в безопасности, и как ему живется у доверенных людей.

— Гениально, - посмеивалась Су Лили, глядя, как он расставляет ловушку для протагониста.

— Я знаю, - без ложной скромности ответил Хань Ян.

Хотя ставить ловушку для Бао Цзяна было весело, Хань Ян предполагал, что для протагониста она не станет серьезной проблемой. С его везением окружающие могут просто не обратить внимания ни на портрет, ни на поддельные письма. И препятствие, которое в первой жизни едва не уничтожило Яна, для главного героя окажется всего лишь незаметной кочкой на пути.