Книга Рай накануне, страница 67 – Данияр Сугралинов, Денис Ратманов

Тотчас отчитался Горбачев:

— Командир, титан на нас не реагирует. Что делать?

— Отъехать на безопасное расстояние, — распорядился Константин. — Открыть огонь! Одновременно.

Константин залез на броневик, надеясь, что с возвышенности увидит, что там творится у Макса и Горбачева, но было слишком далеко, развалины домов скрывали дорогу, машины и людей, и ориентироваться можно было только по Костегрызу. Грянули выстрелы. Костегрыз рыкнул, остановился, завертел головой, будто башней танка, выцеливая врагов.

— Получай, падла! — ревел Горбачев.

Вика затанцевала на месте, прижав руки к груди, закусила губу. Она испытывала чувства к Денису, это было очевидно. Но никак себя не проявляла, оценивая шансы как нулевые — из-за Лизы.

Костегрыз взревел и вместо того, чтобы гнаться за Максом или Горбачевым, наклонился, поднял что-то объемное и швырнул в одну из машин.

— Ема-а-а! — воскликнул Макс. — Чуть не докинул, полдома, епта!

Однако выстрелы продолжались.

В этот момент открылось окно, и Константин отправил Денису заготовку: «4 мин. — и готово. Костегрыз. Отвлекаем». Денис должен понять все правильно, он сообразительный.

Пространство будто бы дребезжало, и Константин сомневался, что его послание дойдет. Пятьдесят на пятьдесят. Или дойдет, или нет.

Костегрыз вел себя нестандартно, будто им кто-то управлял: поднял булыжник поменьше, прицелился и швырнул булыжник в другую сторону.

— Трогай! — скомандовал Константин.

Выстрелы прекратились. Взревели моторы. Давай, гора мяса, догоняй добычу! Костегрыз наклонился, что-то со скрежетом скомкал и швырнул в невидимую Бергману машину Горбачева.

— Да ну на фиг! — раздалось в голове. — Чуть не пришиб!

После четвертого неудачного броска Костегрыз побежал. Корпус броневика вздрагивал под ногами Константина от каждого шага исполина.

— Сука! Догоняет! — воскликнул Макс. — Где канализация? Сука-а-а! Сергеич, мазафака, отвлеки его! Шустрый, падла…

Костегрыз поднял что-то. Бросил в добычу. Донесся металлический треск и хруст стекла.

— Попал, — задыхаясь, говорил Макс. — Я успел, успел выскочить. Прячусь, ссыкотно…

Титан не спеша потрусил к раздавленному автомобилю и принялся методично вытаптывать пространство вокруг него. Константин захотел выругаться, удивился эмоции и отогнал ее. Если нет хода под землю, Макс обречен. Да и под землей он не спасется.

— Помогите, меня привалило камнями. Твою ма-а-ать! — заорал Макс в голове.

— Иду на помощь, — отозвался Горбачев. — Отвлекаю тварь.

— Вытащите меня! — в голосе Тертышного прорезались нотки паники. — Больно. Дышать нечем. Я задыхаюсь… Все трясется, кхе, кхе…

Константин вспомнил, как его вмуровало в землю, и он умирал от асфиксии и передернул плечами. И снова им овладело чувство, причем иррациональное — спасти умирающего от асфиксии человека.

Застрочил автомат — Костегрыз перестал вытаптывать Макса и переключился на кусачую цель.

— Врешь, не возьмешь! — с азартом крикнул Горбачев.

Константин удивился. Меньше всего он рассчитывал на мелочного трусливого Горбачева. Ему казалось, что тот кинет напарника при удачном случае. Но нет, рискует, а Макса пытается спасти. Однако Костегрыз не стал гнаться за Горбачевым, и Тертышного преследовать не стал. Игнорируя мизерный урон, он потрусил на пустошь.