Книга Человек-крыса. История маньяка Цутому Миядзаки, страница 16 – Фумия Итихаси

Здесь следует коснуться проблем каждой из психиатрических экспертиз. Прежде всего о версии множественной личности (диссоциативного расстройства идентичности). Эта теория в то время не была признана в японской психиатрической науке. Однако поскольку наука часто переоценивается позже, пока оставим это. Но настораживает то, что эксперты Утинума и Сэкинэ не были специалистами по множественной личности. Они не проводили тестирование по шкале диссоциативных переживаний. Иными словами, чтобы утверждать, что Миядзаки страдает множественной личностью, эксперты должны были вызвать другие личности и многократными вопросами подтвердить, что это за личности, но они этого не сделали. Поэтому не удалось зафиксировать момент переключения на другую личность, и на элементарном уровне — существуют ли они на самом деле — всё свелось к бесплодным спорам.

Вызывает беспокойство и нехватка времени. Согласно показаниям эксперта Утинумы в суде, у Миядзаки предположительно существует пять личностей: сам Миядзаки — очень инфантильный, но с примесью философской личности; ребёнок и импульсивный убийца; спокойный человек; Юко Имада, написавшая заявления о преступлениях и признательные письма; личность, написавшая эксперту первой экспертизы: «Я вас отвергаю». Считается, что эти симптомы появились «в результате смерти дедушки». И действительно, если бы удалось зафиксировать момент переключения Миядзаки на эти личности, возможно, удалось бы выяснить истину.

Эксперт Накаясу в заключении о шизофрении указал время начала заболевания «со старшей школы или до ухода из типографии», а в суде заявил «примерно с третьего класса старшей школы». Но в какой форме проявлялись эти признаки? Именно уловив эти признаки, можно подобраться к ключу к истинным мотивам преступления.

С другой стороны, вторая экспертиза и экспертиза Накаясу, признавшие у подсудимого ограниченную вменяемость, а также экспертизы, поставившие под сомнение психическое состояние, — если не доверять показаниям Миядзаки, то его странные действия в суде можно объяснить симуляцией болезни. Симуляция болезни иногда встречается у подсудимых по уголовным делам. Однако, по мнению эксперта Накаясу, в случае Миядзаки симптомы слишком разнообразны, и даже при хорошем знании психиатрии трудно имитировать болезнь. В суде он высказал мнение: «Отрицание происходит не преднамеренно, а без осознанного намерения отрицать». Эксперт Сэкинэ, сторонник версии множественной личности, также заявил: «Симуляция — это когда человек создаёт и разыгрывает то, чего не переживал; это требует огромных усилий».

Реакция на изоляцию — это психическое расстройство, возникающее, когда человек долгое время находится в ограниченном пространстве вроде следственного изолятора или тюрьмы, не зная своей судьбы, в тревожном состоянии. Сторона обвинения утверждает, что Миядзаки стал странным только после ареста, а во время преступлений был в нормальном сознании, и поддерживает версию реакции на изоляцию. Защита же, ссылаясь на показания государственного защитника по делу Хатиодзи, который говорил, что «поведение Миядзаки в следственном изоляторе не отличалось от поведения в суде: он спокойно читал, писал, но с ним было трудно общаться, он вызывал недоумение», утверждает, что у Миядзаки было психическое расстройство с самого начала.