Книга Ночи беглеца, страница 150 – Джозеф Уэмбо

Линн заметил Бино Сьерру — тот разговаривал с одним из барменов служебного буфета рядом с кухней. К нему подбежал официант-мексиканец и что-то сказал. Вслед за Сьеррой официант пересек террасу и вошел в дом.

— Это подручный Луго, — сказал Линн Бриде.

— Вон тот, с белой прядью в волосах?

— Ага.

— Какой красавец, — сказала она. — И волосы замечательные.

— Ну да, — согласился Линн. — Если кому по вкусу слащавые наемные танцоры с прической, как хвост у скунса.

— Что до меня, то мне по вкусу стройные мужчины без усов, — сказала Брида, бросив взгляд на талию Линна. — Хотела бы я знать, остались у них еще отбивные?

У него упало сердце. Он не рассчитывал, что Сьерра явится вместе с официантом! Ну почему все идет не так, как надо? Беглец быстро взял в руки оба бокала с коктейлем. Он не мог решить, как ему разговаривать — по-английски или по-испански. Сьерра вроде кокосового ореха: снаружи смуглый, а внутри белый. С таким фруктом, пожалуй, надо говорить по- английски. Противно слышать этот их американо-испанский.

— Сэр, я прошу прощения, — сказал он. — Дама уже ушла.

— А ты что тут делаешь? — набросился на него Бино Сьерра. — Я же сказал Генри, чтобы наверху спиртного никому не подавали!

Официант, который его привел, явно не захотел

присутствовать при скандале и быстро улизнул. После этого все само собой пошло, как надо. Теперь беглец знал, что его план, несмотря ни на что, должен сработать,

Вглядевшись в красивое, холеное, высокомерное лицо, беглец сказал:

— Прошу прощения, сэр, но дама просила меня принести ей коктейль. Она была вот здесь. — он показал на туалетную комнату. — Может, она еще там?

Бино Сьерра повернулся и направился к туалетной комнате. Беглец тут же запер дверь спальни. Когда Бино Сьерра вышел из туалетной, беглец стоял, наклонившись над кушеткой у окна, на фоне одного из самых живописных пейзажей во всей Калифорнии — залитой огнями ночной панорамы Палм-Спрингса и силуэтов гор вокруг.

— Какого дьявола ты там делаешь? — крикнул Бино Сьерра и сразу все понял.

В левой руке беглеца была наведенная на него «бе- ретта», а правую он держал сзади, и ее не было видно. Беглец сказал по-английски:

— Если вы закричите или побежите, я вас пристрелю. Подойдите сюда.

Бино Сьерра машинально поднял руки.

— Какого дьявола? Какого дьявола, я спрашиваю?!

— Говорите тише, — сказал беглец. — И сядьте вот сюда. Просто сядьте и смотрите в окно.

Он отступил на шаг, чтобы пропустить Сьерру, и только сейчас обратил внимание на его угольно-черную рубашку с погончиками — совсем как мексиканская куртка, только из тонкого шелка. Брюки на Сьерре были безупречного покроя, с острой, как нож, складкой — наверное, полотняные. А вот на ногах безобразные белые туфли из Палм-Спрингса — точно такие же, какие беглец купил себе.

— Так это ты тот тип? — спросил Бино Сьерра, нервно теребя пучок волос с белой прядью.

— Нс трогайте волосы, — сказал беглец. — Ничего нс трогайте. Держите руки шире и смотрите в окно.

— Это ты устроил погром в похоронном бюро⁷ — спросил Бино Сьерра. — Ав чем дело? Зачем тебе понадобилось надгробие матери Джона Дуто? Послушай, в чем дело?

— Тринадцатого сентября прошлого года вы вели переговоры о доставке десяти кило кокаина в Лос-Анджелес, — сказал беглец.