Книга Ночи беглеца, страница 90 – Джозеф Уэмбо

Их спор начался у телефона-автомата, продолжался всю дорогу и затих к тому времени, как Нелсон свернул на Джин-Отри-стрит и остановился у входа в похоронное бюро.

— Так ты все испортишь! — сказал Линн Каттер. — Хорошо, я не возражаю, давай выясним, имеет ли эта история с Луго какое-нибудь отношение к Франсиско В.Ибаньесу, который, возможно, и есть тот тип из аэропорта, а возможно, и нет. Но потом, если во всей этой чепухе окажется хоть доля смысла, я вызываю из Индио полицию и передаю ей дело. А ты как хочешь.

— Ну, еще один день, Линн! Ради Бога! — Волосы у Нелсона стояли дыбом от ветра, а лицо выражало отчаяние. — Только один день! Еще немножко, и я до него доберусь!

— Вот что, — решительно сказал Линн. — Я не буду вызывать полицию. Ты сам решишь, вызывать ее или нет. Но после того как мы здесь побываем, считай, что я во всем этом больше не участвую. Ясно?

Нелсон молча вылез из машины и пошел за Линном к дверям похоронного бюро, откуда доносились тихие звуки органа.

Здание, где располагалось бюро, было построено в виде буквы «Т»: слева от входа находились помещение для бальзамирования и служебные кабинеты, справа —

комната ожидания и траурный зал, где человек сорок слушали священника, произносившего прощальное слово.

— За те годы, что Денни О’Доул прожил на заслуженном отдыхе в нашем приходе, — говорил священник, — все мы много раз слышали в нашем хоре его задушевный тенор…

К Линну и Нелсону подошел мужчина в лоснящемся черном костюме и спросил:

— Не хотите ли расписаться в памятной книге?

— Мы здесь по делу. — сказал Линн, предъявляя ему значок. — Не вы мистер Либерман?

— Нет, он у себя в кабинете, — ответил человек. — Вон там, по коридору.

Линн и Нелсон прошли по облицованному плиткой коридору и услышали, что в маленьком кабинете рядом с помещением для бальзамирования кто-то говорит по телефону. Линн остановился в открытых дверях кабинета, держа на виду значок, подождал, пока человек повесит трубку, и негромко постучал.

Хозяин похоронного бюро с трудом вылез из высокого кресла. Весу в нем было не меньше ста двадцати килограммов, шея совсем заплыла жиром, и дышал он с хрипом и свистом, как старый паровоз.

— Я понимаю, что мы не вовремя, — сказал Линн, — но у нас срочное дело. Мы разыскиваем кого- нибудь из ближайших родственников Марии Магдалины Луго, которая умерла в сентябре прошлого года.

— Что-нибудь случилось? — прохрипел человек, закуривая сигарету.

— Есть одно важное дело. Важное для него. Или для нее, если ближайший родственник — женщина.

— Нет, мужчина. Мистер Джон Луго, — сказал человек. — Прекрасно его помню. Ничего не пожалел для своей дорогой матушки.

— А где живет этот мистер Луго? — спросил Линн. Нелсон с надеждой смотрел на хозяина похоронного бюро.

Гот, по-прежнему хрипло дыша, открыл ящик стола, достал толстый блокнот, полистал его и сказал:

— Не знаю, где он живет постоянно, но он оставил свой здешний адрес и телефон. И телефон в Лос-Анджелесе.

Он положил блокнот на стол. Линн достал из кармана рубашки очки, переписал адрес и телефоны в свою записную книжку, вырвал листок и протянул Нелсону.

— Надеюсь, у него не будет неприятностей. — сказал хозяин похоронного бюро. — Прекрасный человек. Народу на похороны, правда, пришло немного, но все было очень достойно. И орхидеи. Никогда не видел столько орхидей. Его матушка их выращивала.