Книга Честнее не бывает, страница 41 – Джеймс Хэдли Чейз

— Какая разница, кто я? Такой же, как остальные! Бери деньги и раздевайся!

— Если тебе не надо, я возьму, – добавил Фел у меня из-за спины.

Развернувшись, я увидел, что он прислонился к дверному косяку, а на губах его играет зловещая улыбочка.

Во мне вспыхнула прежняя безумная ярость. Должно быть, Фел все понял по моему взгляду.

— Остынь, приятель, – сказал он. – Я на твоей стороне. Эта сука только притворяется недотрогой. Хочешь, я с ней договорюсь?

Рея мигом вскочила на ноги, схватила со стола деньги и зажала их в кулаке.

— Только попробуй подойти, гад, – рявкнула она, обращаясь к брату. – Я тебе глаза вырву!

Рассмеявшись, он взглянул на меня:

— Это она запросто. Давайте-ка успокоимся и все перетрем. Мы, кстати, тебя вспоминали. Как насчет сделки? Ты отсыплешь нам бриллиантов, а она поделится с тобой своей мохнаткой.

Я изумленно смотрел на Рею.

— Ну так что, приятель? – продолжал Фел. – За ней не заржавеет. Она сама предложила, как только узнала, что ты за птица. Без камушков тебе ничего не светит. Ну так что, перетрем?

— Верни деньги, – сказал я Рее.

Глумливо усмехнувшись, она покачала головой:

— Я передумала. Даже твои пять сотен мне сгодятся. И не пытайся отобрать. Нас двое, а ты один. Обдумай предложение Фела. Если тебе так уж сильно надо, тащи бриллианты. Не один, а много. Пораскинь мозгами. А теперь выметайся!

Взглянув на Фела, я заметил в руке у него короткую железку.

— Даже не думай, приятель, – предупредил он. – Если не хочешь, чтобы тебе раскроили черепушку. В тот раз ты застал меня врасплох, но сегодня я подготовился. Подумай. Ну давай, пошел вон!

Попятившись, он освободил мне проход.

Как же я его ненавидел.

И ее тоже. Но кровь моя бурлила от похоти.

Я вышел из домика и поплелся к машине – по мусору, по жесткой траве, вдыхая горячий пыльный воздух.

Не помню, как добрался до гостиницы. Очнулся уже на кровати в девять утра на следующий день. За окном в лучах солнца кружила цементная пыль.

Я ощущал себя во власти глубочайшей депрессии. Даже Рея назвала меня Дешевкой! Господи! Как же я ее ненавижу! Внезапно мне захотелось покончить с собой. Лежа на кровати, я задавался вопросом: почему бы и нет? Внезапно мне стало ясно: вот он, выход из положения. Зачем жить дальше? Чтобы эта женщина продолжала меня изводить?

Но как же это сделать?

Бритвой? У меня электрическая.

«Аспро»? У меня осталось всего шесть таблеток.

Выпрыгнуть из окна?

На улице полно народу. Не ровен час, кого-нибудь зашибу.

Я лихорадочно оглядел комнату. Ничего, что могло бы выдержать мой вес. Даже вздернуться не на чем.

Машина?

Точно! Сяду в машину и на полном ходу врежусь в дерево. Да, так и сделаю.

Я с трудом встал с кровати и пошарил по карманам в поисках ключей. Пусто. Куда же они запропастились? Лихорадочно оглядев комнату, я нашел их на пыльном комоде. Сделал шаг вперед, и тут зазвонил телефон.

Какое-то время я медлил, а потом взял трубку.

— Ларри, дорогой мой мальчик!

Услышав голос Сидни Фремлина, я почувствовал, как черное облако безумия рассеивается. Оказалось, я вспотел и весь дрожу.

— Привет, Сидни, – прохрипел я, рухнув на кровать.

— Ларри, ты должен вернуться! – По голосу было понятно, что ситуация критическая: Сидни жужжал, словно пчела, угодившая в бутылку.

— Что случилось? – Ладонью я стер с лица пот.