Книга Честнее не бывает, страница 64 – Джеймс Хэдли Чейз

Я видел, как Рея, попятившись, подняла пистолет и злобно оскалилась. Фел стоял без движения, словно оцепенел. Сидни ударил его ножом. Острие кинжала пронзило руку Фела. Из раны хлынула кровь. Сверкнула вспышка, грянул гром. Затылок Сидни взорвался и стал похож на красный гриб. Сидни рухнул с таким грохотом, что содрогнулась вся комната.

Под потолком клубился пороховой дым. Держась за руку, Фел неуверенно попятился. Лицо невыносимо болело, но я умудрился встать на четвереньки.

Я смотрел на тело Сидни. Из дыры в затылке вместе с кровью вытекала какая-то белая жуть. Несомненно, он был мертв. Сидни! Мертв! Во рту что-то мешало. Выплюнув зуб на старинный персидский ковер, я пополз к Сидни. Хотел коснуться его, вернуть к жизни. Почти добрался до цели, когда на меня упала тень Реи.

Я замер на четвереньках и поднял взгляд. Изо рта капала кровь. Напротив висело большое зеркало. В нем отражалась Рея. Огромные зеркальные очки, зловещий белый оскал, кроваво-красный брючный костюм. Она была похожа на демона, сбежавшего из преисподней.

Перехватив свой тридцать восьмой, Рея держала его за ствол. В зеркале я видел, как она размахнулась и обрушила рукоять пистолета мне на голову.

Очнувшись, я и не представлял, что пять дней пробыл в коме и перенес операцию на головном мозге. Врачам дважды казалось, что я умер.

Первое, что я услышал, выныривая из мутных вод комы, – человеческий голос. Я продолжал лениво, неохотно плыть к поверхности. Дышалось на удивление легко. Голос звучал все ближе, и я наконец разобрал слова говорящего:

— Док, долго мне еще тут торчать? Как думаете, скоро он придет в себя? Я же лучший коп в управлении! Черт подери, пять дней сижу тут без дела!

Управление? Полиция?

Пять дней?

Я не шевелился. Оказалось, голова у меня пульсирует от боли.

— Он может выйти из комы через секунду, – сказал другой голос. – А может пролежать так еще несколько месяцев.

— Месяцев? – взвился первый. – И что, ничего нельзя сделать? Может, вколете ему что-нибудь? Если просижу здесь несколько месяцев, сам впаду в кому. И у вас станет одним пациентом больше.

— Извините. Придется ждать.

— Какая прелесть. И что прикажете делать? Заняться йогой?

— Почему бы и нет, мистер Лепски? Йога зачастую оказывает благотворное влияние на организм.

Помолчав, человек по имени Лепски спросил:

— Значит, вы не можете вывести его из этой треклятой комы?

— Нет.

— И она может продлиться несколько месяцев?

— Да.

— Господи! Вот ведь повезло. Ладно, док. Значит, только и остается, что сидеть сиднем и не дергаться.

— Видимо, да.

Раздался звук шагов, открылась и закрылась дверь. Человек по имени Лепски фыркнул, поднялся на ноги и принялся расхаживать по палате. Шум, который он производил, отошел на второй план. Теперь пора сосредоточиться на услышанном. Жаль, голова сильно болит и я не могу нормально думать. Усилием воли я заставил себя вспомнить произошедшее. Снова пережил тот ужасный момент, когда Рея застрелила Сидни. Увидел, как она поднимает пистолет, увидел вспышку, услышал грохот. И голова Сидни превратилась в месиво из мозгов и крови. Что сказать, бедняга оказался храбрецом.

А я – дураком! Почему я не подумал, что он на такое способен? Я вспомнил, как Сидни набросился на Фела с кинжалом в руке. Сам я, оказавшись под дулом пистолета, никогда бы так не поступил. То был безумный, опрометчивый, но прекрасный поступок. Так ведут себя настоящие смельчаки. Должно быть, как только Рея и Фел ворвались в комнату, Сидни понял, что они пришли за ожерельем. Но он не знал, что защищает стекляшку, и отдал жизнь впустую.