Книга Детектив на Новый год, страница 15 – Татьяна Устинова, Елена Логунова, Елена Дорош, и др.

Пусечкой она называла двоюродную сестру Паулину. Та была младше Веры на три года, но выросли они вместе и разницы в возрасте никогда не ощущали. Судьбы, правда, сложились по-разному. Вера как вышла замуж, так и оставалась женой одного мужика, а Пусечке не повезло. У нее не срослось ни с первым мужем, ни со вторым. Детей тоже Бог не дал, но их с Верой дружбе ничего не мешало. Они по-прежнему были самыми близкими подругами, что не так часто встречается даже между родными сестрами.

Правда, Нина Федоровна, мать Паулины, считала, что Вере повезло незаслуженно, а ее дочке незаслуженно не повезло. Вслух, понятное дело, этого не говорилось, но Вера и без слов видела: Нине Федоровне обидно за дочь, и вину за это она готова возложить на кого угодно, только не на собственного ребенка.

Впрочем, ребенком Паулина давно не была. Она была красивой, стройной и во всех отношениях замечательной женщиной. В этом Вера с Ниной Федоровной сходились безоговорочно.

— Я, кстати, думала о подарке. Робот — мойщик окон. Как тебе идея?

— Нормальная, — буркнул Матвей, продолжая читать сообщения.

— И Свету возьмем. Она давно Пусечку не видела. Не думаю, что наша строптивица будет рада весь вечер просидеть со взрослыми, но, в конце концов, родственников надо уважать. И она должна нам за Новый год!

Насчет дочери Вера угадала. Светка, конечно, идти не хотела. Пришлось повоевать, но, в конце концов, девочку уломали. Мала еще с родителями тягаться!

По пути Вера продолжала наставлять дочь:

— Сидеть с надутой моськой и пялиться в телефон не получится. Поддерживай беседу и общайся со всеми. Ты уже достаточно взрослая.

— Оно и видно, — буркнула Света, поглубже натягивая капюшон. — Тащат, как бычка на привязи.

— Никто тебя не тащит, прекрати строить из себя жертву геноцида! — сердилась Вера. — Ну скажи ей, папа!

Матвей молча кивнул.

— Вот видишь: папа со мной согласен! Он тоже считает, что надо проявить уважение к родственникам.

— Ладно, постараюсь, — сдалась Света, надеясь потихоньку улизнуть в другую комнату и там спокойненько посидеть в соцсетях.

— Телефон я у тебя заберу, — словно подслушав, сказала Вера. — Отдам, когда сочту, что детям можно встать из-за стола.

— Бли-и-ин, — простонала дочь.

— Переживешь, — откликнулась мать.

Гостей встречала юбилярша.

— Как я рада, что вы пришли! — расплылась она в улыбке, быстро окинув их взглядом.

— Да как же можно не прийти, Ниночка Федоровна! — радостно воскликнула Вера, прекрасно понимая причину этого стремительного взгляда. — Вы же у нас одна! Мы все вас очень любим!

Матвей протянул даме цветы и приложился к ручке.

— А где Пусечка? — спросила Вера, прихорашиваясь перед зеркалом в прихожей.

— На кухне, где же еще. Последние приготовления, так сказать.

Хозяйка снова окинула Самойловых пристальным взглядом и растянула в улыбке рот.

— Я так вам рада! Вы мои самые дорогие гости!

— Подарок вручим за столом, при всех, — шепнула Вера мужу и двинулась в кухню. — Помогу Пусечке.

Паулина стояла, нагнувшись, перед дверцей духовки и считала вслух.

— Девятнадцать, восемнадцать…

Вера легонько хлопнула ее по заду.

— Ой! Верка!

— Пусечка, приветики!

— Погоди, не отвлекай, а то пирог — к черту! Пятнадцать, четырнадцать…

Вера схватила с тарелки кусок колбасы и сунула в рот. У Киселевых кусочничание не приветствовалось, но от колбасы шел такой дух, что удержаться было невозможно.