Онлайн книга «Обреченный венец»
|
— Что в Минеи есть, то и читаю! — Ты про женщин читай! — Святой мученицы Агафии… — Может, Агафия? – Вивея оживилась. – Что-то такое было. — Может, она? – с надеждой повторил дьякон, которому это чтение надоело. — А может, нет? Дальше давай. — Мариамнии, сестры святого мученика апостола Филиппа, – со вздохом дьякон снова устремил взгляд в Минеи. – Вот еще… Феодота и Асклипиадоты… — Мудрено, ей бы сгодилось. Но короче имя было. — Евдокии… опять Феодота… — Да что ты ко мне пристал с твоим Феодотом, я ж сказала – бабу мне надо! — Я пристал? Господи Иисусе! – Отец Трифон возвел очи, но призвал себя к смирению. – Так… ммм… – Перерывы стали дольше: женские имена в Минеях встречаются куда реже мужских. – Фотиньи Самаряныни… Бог мой, ничего не вижу. До ночи тут с тобой просижу. Кирюшка! – окликнул он отрока-алтарника. – Огня принеси мне! — Ась, батюшка? – откликнулся звонкий голос из двери храма. — Огня подай! – рявкнул отец Трифон. И тут же Вивея взвилась с места. — Агнея! Вспомнила! Не надо больше читать! Агнея ее звали! Глава 8 После Успенья поспели орехи, и девки пропадали в лесу. На полях оканчивали сев озимой ржи. Перо лука на грядках начало желтеть и клониться к земле, пришла пора его убирать. Как-то перед полуднем Агнея возилась на длинных грядках: подкапывала лук деревянными вилами из тонкого стволика с развилками, тщательно очищала луковицы от земли и укладывала подсохнуть, благо день выдался ясный, солнечный. За этим делом, случайно глянув в сторону сельской улицы, она заметила трех-четырех всадников, шагом едущих вдоль миловских дворов. В изумлении Агнея разогнулась, вытирая испачканные землей руки о грубый передник. Всадники! Крестьяне верхом не ездят: если мужику надо добраться далеко, он запряжет лошадь в телегу или в сани. Верхом разъезжают бояре, княжьи гриди и прочие военные люди, да не из простых. Но откуда таким взяться в Милове, чего им надо? Пробрало холодком пугающего предчувствия. Дело с двумя красными бычками – одним сгинувшим, другим похищенным на замену, – прошло вроде бы гладко, в Милове никто подмены не заметил и никаких разговоров не ходило. Но ясно было, что бывшие хозяева второго бычка, а еще покупатели красной телушки, которая и не телушка была вовсе, едва ли это дело так оставят, махнут рукой на убыток и обиду. Агнея не отличалась отвагой, и сейчас у нее затряслись поджилки; но не меньше было и изумление. Она прожила в волости всю жизнь и отлично знала всех здешних знатков: с тех пор как умерла Соломонида, не было среди них такого, кто мог бы взять след красной телушки и ее продавца! Если похитителей все же нашли, да еще так скоро – почти сразу, это наводило на мысль о вмешательстве таких сил, с какими ни Агнее, ни даже Ермолаю не тягаться… Всадники остановились у ее ворот. Хозяйка поспешила навстречу, как сделала бы любая на ее месте. Агнея была дома одна: Ермолай в поле, Елеса ушла с девками за орехами, Ильян ходил со стадом. Но это к лучшему: в одиночку она надеялась выкрутиться легче. Ее с тем бычком близко не было, что с бабы взять? Выскочив через калитку на улицу, Агнея увидела Дементия и деда Кондрата, уже собравшихся звать хозяев. Позади ожидали четыре всадника, но взгляд Агнеи притянул один – сразу видать, кто здесь вожак. Мужчина лет сорока или чуть менее, явно боярской стати, невысокого роста, но уверенного, повелительного вида, с небольшой светлой бородой, а глубоко посаженные глаза на лице с резкими чертами и суровыми складками возле рта смотрят пристально, будто норовят пронзить и к месту пришить. От взгляда этих глаз Агнею сразу пробрало тревожной дрожью, как при виде явной опасности. |