Книга Зов ветра, страница 68 – Хайко Вольц

Но это не значит, что нужно смириться с этим. Ни за что!

Он вообразил, как раздувается. Распушил перья. Потом мысленно раскинул руки – и натолкнулся на преграду. Не на сплошную стену, как в каменном лабиринте Пика. Скорее, ощутил нечто вроде плотно натянутой оболочки, которая с резиновым скрипом поддавалась под его прикосновениями. Будто новая кожа, облепившая его человеческую сущность.

Он мысленно сжал правую руку в кулак и ударил по этой мембране. Его рука скрылась в ней почти по локоть. Но преграда не поддалась.

Кендрик ударил сильнее. Он погрузился ещё глубже. Надавил. Нажал сильнее. И… Кожа с треском порвалась, но образовалась только маленькая дырочка. Кендрик просунул в неё пальцы обеих рук и потянул в стороны изо всех сил. Однако невидимая кожа оказалась прочной и упругой.

Проклятье, нужно было спешить! Сокол мог в любой момент оправиться от неожиданной атаки и ответить.

Если Кендрик не может расширить отверстие… значит, он должен увеличиться сам! Ведь мисс Чедберн уверяет, что они могут стать кем угодно и какими пожелают? Значит, Кендрик может мысленно вырасти, как растение. Может превратиться в огромное дерево! Или строить себя камень за камнем, как дом. Стать башней замка. Да хоть Соколиным пиком!

Он вообразил себя исполинской каменной иглой, которая взмывает ввысь. Только её вершина не была плоской, как у настоящего пика. Его остриё вонзилось в мембрану, будто лезвие ножа, растягивая её, пока та не лопнула с задумчивым треском. Кендрика осыпало осколками.

Он вернулся. Но ведь он никогда и не отдалялся! Он лишь верил в это. Как и в театре, ожидание порождало реальность. Поэтому теперь не было ни малейшей необходимости запирать сокола в темницу. Да это было и невозможно! Сокол и Кендрик стали едины. И всегда были. Кендрик почувствовал это ещё во время первых превращений, но только теперь ощутил это так остро.

Он не человек.

И не птица.

Он один из ав.

Он…

Дрозд взмахнул крыльями и выскользнул из цепкой хватки. Он рванулся вверх – и вместе с ним ускользнула мысль. Кендрик попытался удержать её, но безуспешно. Она исчезла.

Прежде чем дрозд скрылся навсегда, Кендрик свистнул ему вслед: «Прости! Пожалуйста, извини меня!»

Глядя, как спасшаяся птица ныряет в лес и пропадает из виду, Кендрик глубоко вздохнул. Вот и ему пора лететь домой, верно? Вприпрыжку он добрался до края утёса и расправил крылья. Потом оглянулся через плечо на деревья и увидел в лунном свете между тёмными стволами пару мерцающих глаз.

Из темноты на свет медленно выплыла тень. Наконец-то Кендрик разглядел таинственного обитателя леса. Его узкая голова сидела на длинной шее, переходящей в продолговатое туловище. Тело заканчивалось длинным хвостом. На морде словно была нарисована маска. Вокруг глаз на фоне белого меха чернели круги. Похоже на череп.

Это же лесной хорёк! Ну конечно! Теперь понятно, откуда этот отвратительный запах!

Он исходил не только из ароматических желёз на спине. Хорьки, совсем как скунсы, отпугивают врагов неприятно пахнущими выделениями. Их даже дразнят «вонючками».

Вонючую струю хорьки выпускают не только в бою, но и от страха. Нерешительно выползшее через гребень на плато животное явно чего-то боялось. Хорёк втянул голову, как побитая собака. В то же время его словно что-то влекло вперёд, какая-то неведомая сила, которой животное не могло сопротивляться.