Книга Однажды кажется окажется, страница 49 – Елена Рыкова

— Кто такая бергсра? – спросила Марта.

— «Хозяйку Медной горы»^[40] читала? – вопросом на вопрос ответила Пролетова.

Они шли долго. Вихляли, поворачивали, плутали. Старуха, которая поначалу торопилась, теперь много отвлекалась, гладила валуны, с некоторыми разговаривала. Бормотала себе под нос, как воздух вокруг камней вышивала. Наконец Марта услышала шум воды, и Зейнеп прошептала:

— Пришли.

Жестом показала садиться, и они присели на берегу горной речки. Та бежала между валунами, кое-где прямо из воды росли кустарники.

— Здесь ли, Демерджи? – спросила старуха и застыла, будто сама стала камнем.

Наползал туман, кричали изредка птицы, плескалась у ног вода. Марта опустила палец в реку – холоднючая.

— Бабушка, чего мы ждём? – не выдержала, спросила.

— Сьоры – хозяева рек, духи воды, – ответила старуха, – они берегут воду, очищают её. Они есть везде, где жизнь, текут и всё знают. Демерджи – так названа река – в честь горы. С ним терпение нужно. Не шумите.

Снова повисла тишина. Девочки старались подражать Зейнеп и не двигаться, но Марта скоро стала засыпать и заваливаться набок. Пролетова периодически тормошила её. Незаметно журчание реки начало складываться в слова:

— Приветствую, Зейнеп.

Марта глянула в воду и тут же проснулась: сиреневые глаза смотрели на неё оттуда. Она вгляделась в илистую водную тьму и постепенно различила силуэт существа, лежавшего на дне. Ноги его заканчивались рыбьими хвостами, очень похожими на ласты.

— Здравствуй, Демерджи, – ответила старуха. – Я привела тебе молодую скогсру из рода Таллемай.

Он говорил с ними из-под воды:

— Время уходит с каждой журчащей каплей, Зейнеп. Ты это знаешь.

Старуха не пошевелилась.

— Погляди на её подругу, Демерджи. Та ли она, кого ты велел мне искать?

Водяной снова посмотрел на Марту. От его взгляда заболела голова: как будто кто-то вонзил в виски иглы, острые и одновременно с этим мягкие. Девочка попыталась остановить это, но иглы проникали всё глубже, проворачивались, извивались внутри, старались что-то нащупать. На миг у неё получилось прогнать их, но через мгновение иглы вернулись снова. Марта отпрянула от воды.

Демерджи, прикрыв глаза, ничего не отвечал старухе скогсре.

— Ты знаешь, где мама? – спросила его Майя. Зейнеп быстро и недобро посмотрела на Рыжую.

— Никто не знает этого, – ответил Демерджи.

— А девочка? – спросила Марта. – У нас из лагеря пропала девочка, моя подруга. Соня Гамаюнова. Она жива? Где она?

Демерджи собирался ответить, но резко дёрнулся и вскочил из реки. Вода забурлила, сьора открыл рот, и девочки зажали уши, настолько мерзкий и пронзительно-громкий раздался звук. Камни падают от такого крика, сходят снега с вершин гор.

Сухая рука старухи схватила Марту за предплечье.

— Глядят за нами, – шепнула она.

Они вскочили и понеслись, лавируя между торчащими камнями. На ходу Марта обернулась – ей хотелось увидеть Демерджи ещё раз. Но река была пуста – текла, как текла до этого. Что-то тёмное мелькнуло меж валунов.

Марте казалось, что они бегут бесконечно, что Долина Привидений никогда не закончится. Камни начали повторяться: кони, люди, снова кони, – и девочка испугалась, что они бегут по кругу. Марта обернулась ещё раз: преследовавший их был почти чёрным, словно состоял из ночного мрака. И двигался как-то странно – подтягивал под себя ноги и рывком кидался вперёд.