Книга Быть неизменным, страница 36 – Тимофей Иванов

— Не знаю, — шмыгнула носом девушка. — К отцу бы. Но так может и не принять. А за борова идти и сейчас не хочу. Только больше меня нигде точно не ждут. Разве что может в монастыре.

— Ну, возможно ты уговоришь одну благородную леди сделать тебя своей личной служанкой, — усмехнулся Конрад, а потом добавил. — Ну а что? Иных-то слуг вокруг не видно.

— Их бы похоронить, — обронила дворянка, отложив пока что вопрос с наказанием за враньё. Были куда более важные темы, чтобы их обдумать и беды, о которых стоило переживать. Кучер, что обихаживал лошадей и карету, почему-то мало запал в душу своей госпоже, а вот Григора было жалко почти до слёз. Тот защищал её до последнего и пал смертью храбрых, а она о нём вспомнила только сейчас.

— Похороним. Завтра с утра вернёмся к броду и всё сделаем, — кивнул Конрад. — Если повезёт, то даже лошадей сподобимся поймать. Хотя вряд ли.

— Почему? — хмельным голосом поинтересовалась Каллисто.

— Из-за зверья, — уточнил воин. — Я там его поразогнал, когда на всё это наткнулся, но они наверняка быстро вернулись. К тому же на запах крови могли заглянуть не только падальщики, но и кто-нибудь поопаснее.

— Да. Не дело оставлять людей на поживу лесному зверью, — опять повторила девушка слова о необходимости хоть каких-то похорон.

— И мы не оставим, — кивнул Конрад. — А теперь ложитесь спать. Я посторожу.

Возражений ни у кого не нашлось, жуткое пойло сделало своё дело, заставив перенервничавших и ничего не евших с самого утра девушек окосеть. А шалаш, что ещё совсем недавно казался Айве жуткой тюрьмой, сейчас был на удивление уютным.

Солнце ярко светило над лесной дорогой среди сосен, елей и иногда встречающихся дубов, по которой двигалась наша странная компания. Впереди с двуручным мечом, притороченным к котомке за спиной, шёл я и надо уже признать, что с внешностью и копированием поведения местных жителей мне попасть в десятку не довелось. Нет, всё было очень даже неплохо, просто кое-кто переборщил, желая слепить себе красивые да эстетичные морду и тело. Бывшие пленницы, после того как они понаблюдали, что бывает, когда девушку пускают по кругу, на меня поначалу в плане дамского интереса даже близко не смотрели. Сомневаюсь, что у них вообще хоть кто-то тогда мог его вызвать. Но дни шли, их отпускало и ситуация потихоньку менялась. А я, слушая их мысли фоном, узнавал, что оказывается, во-первых, просто опупеть как красив, а во-вторых ещё более загадочен, что можно смело считать вторым проколом.

Что поделать, я никогда не был шпионом, мои интересы лежали в другой области, потому было трудно учесть всё на свете. А в одном хорошем фильме очень не зря говорили, что в работе рыцарей плаща и кинжала нет мелочей. Что уж тут о крупных мазках образа говорить? К примеру хорошее владение оружием — это вполне себе статусное умение, присущее аристократам. Конечно я его скопировал у дохлого атамана, но тот до него дорос к возрасту в тридцать восемь лет, имея заметный талант и совершенствуясь на войне, где за ошибки не двойки ставят, а убивают к чёртовой бабушке. В мои же годы он не умел почти ничего, потому как сына трактирщика некому было учить. Коль скоро я выгляжу лет на восемнадцать, максимум двадцать, и весьма ловко обращаюсь с двуручной оглоблей, то учителя у меня были, что называется с детства. Может быть, конечно, папаша — воин и натаскивал сына, но тут тоже всё клеилось на живую нитку. Ведь к умению обращаться с острым железом в комплекте шли иные нюансы. К примеру, изрядная сила с ловкостью и скоростью, несколько превосходящих человеческие. Пытался максимально строго копировать «донора навыков», но всё одно переборщил. А тут вполне себе встречаются люди, подозрительно напоминающие античных героев, к мамашам которых боги в спальни заглядывали. И кто бы мог подумать, все они — при серьёзных титулах. Только вот наёмники этих пафосных засранцев почему-то на поле боя видят исчезающе редко, а в аристократические головы я как-то не сразу полез. Тогда казалось, что есть дела поважнее, а теперь время назад не отмотаешь.