Книга Золотое время, страница 60 – Ирина Богатырева

Машина едет медленно, ее голос удаляется вверх по проспекту. Я замечаю, что иду за ней следом, как вдруг в глаза мне бросается белый кролик.

Он нарисован на каменном заборе, возле самой земли. Проследив за ним, я вижу еще одного – уже на углу здания, к которому забор примыкает. Иду туда – кролик прыгает и оказывается возле коричневой двери, ниже уровня земли. Две ступени ведут к ней. Кролик уже скрылся в этой двери – только белый хвостик торчит. Я тяну дверь. Она закрыта. Я осматриваюсь в поисках кнопки. Она находится в стороне. Но прежде чем я успеваю ее нажать, сзади кто-то подходит и нажимает первым.

Что-то трещит над кнопкой, потом мужской голос говорит:

— Пароль.

— Алиса в бардо, – отвечает со смехом бог, стоящий у меня за спиной.

— Проходи, – слышится из кнопки, дверь пищит и слегка приоткрывается.

— Вы заходите? – спрашивают меня из-за спины. От неожиданности я отпрядываю в сторону. Оборачиваюсь и гляжу на него.

И вмиг забываю все. Забываю, как говорить и дышать. Только стою и смотрю, прижавшись в узком проходе, как спускается вниз по лестнице солнечный бог, ясноликий бог, самый желанный – Анарта, бог любви.

Он увидел меня, стучит в моей голове. Анарта – мой бог, оказывается.

А он уже скрывается за дверью, и она вот-вот захлопнется. В последний миг я бросаюсь вниз и просачиваюсь в щель.

Мы попадаем в тесный, низкий, темный коридор. Горят красные лампочки, и странным, синюшным светом сияют белые кролики – они теперь везде: внизу, наверху, они бегут вперед, они сидят и смотрят на нас, они почесывают лапками пушистые уши. Мне не по себе в этом подземелье, будто я снова провалилась в нору камсы в Буни, но Анарта смело идет вперед, и я иду следом за ним.

Мы входим в большой зал с каменным сводчатым потолком. Тут тоже полутемно и тоже красные лампочки. Зал пустой, много столов, и за ними никто не сидит. Только у стены, где большая деревянная стойка, горят гирлянды и светятся стаканы и бутылки, – там стоит высокий мужчина. Он приветствует Анарту, они ударяют кулаком в кулак.

— Сашок, давно не виделись, – говорит мужчина. – Как ты? Что, сейчас ни учебы, ничего?

— Щаз! Сплошная практика! В больницах персонала не хватает, студентов берут, волонтеров.

— Ого! – качает головой мужчина. – Прям туда, на передовую? Тебе как всегда?

— Ага, давай. Ты про красную зону? Не, я не там. Я же на хирурга учусь, так вот меня сразу – в детскую хирургию. Оттуда санитаров всех – в красную, а кому-то же надо работать, помогать.

— И как? Есть работа сейчас?

Мужчина опрокидывает две бутылки в большой стакан, смотрит, как стекает жидкость. Наливает вровень с краем. Чиркает спичкой, подносит огонь – синие язычки пляшут на поверхности жидкости в стакане.

Оба с веселым блеском в глазах смотрят на огонь, пока тот не отплясал. Еще язычки то и дело вспыхивают, а Анарта уже пьет залпом.

Анарта – солнечный бог, он пьет огонь, оказывается.

Я сухо сглатываю. Горло у меня перехватывает.

— Ух! – Анарта жмурится и надолго замолкает.

Мужчина за стойкой ухмыляется:

— Ты как водку.

— Да и ладно! – Анарта хлопает по стойке стаканом.

— Еще?

— Не, хватит.

— Пива? Чипсов? Фисташки? Картошка фри вот только-только готова.

— Давай. И светлого. – Мужчина отворачивается, а Анарта продолжает: – Работа – да, еще та. Сколько я там всего за месяц насмотрелся! Сейчас же все по домам сидят, даже гулять не ходят. Думаешь такой: ну и хорошо, дома-то травм не будет. Куда там! Привозят таких… Кто кипятком облился, кто ножом на кухне играл, кому старший брат на голову кастрюлю надел и снять всей семьей не могут.