Книга Школа Шрёдингера, страница 38 – Андрей Жвалевский, Евгения Пастернак, Дина Сабитова, и др.

Все стали тянуть шеи. Олли взял горсть карабинов и пустил по рядам – как отличник, он всегда садился перед преподавателем.

— А тут еще голубые, они зачем? – спросил он, вертя один в руках.

— Вам это неважно. Голубые для выходов не применяются, они слишком хлипкие. Перед вами работала другая смена, они не выходили в космос, поэтому у них были эти карабины, – сказал Крис. – Итак, вы одеваетесь, переходите в шлюз, внутренний люк за вами герметизируется. Пока оттуда откачивается воздух, выравниваются давление и температура, у вас как раз будет время: находите свой трос и пристегиваете его за кольцо к карабину на поясе, перегоняете за спину. Вы все это отрабатывали на тренировках. Далее открывается внешний люк, и – вуаля! – вы стартуете в космос!

— А где будешь ты? – спросил Олли.

— Я буду ждать вас в шлюзе.

— Значит, тебе не надо будет пристегиваться?

— Это еще почему? Безопасность прежде всего. Мой скаф ничем не отличается от ваших. Вдруг придется за кем-то из вас прыгать? – Он усмехнулся.

— И карабин у тебя будет белый? – спросил Олли, и я поморщилась: он умел быть страшным занудой.

— Я же сказал, всё как у всех.

— Ясно. Главное, не забыть их проверить.

— Это уже моя забота как вашего инструктора, – сказал Крис. – Ладно, если тут все понятно, перейдем к вопросам.

Он обернулся к проектору и стал искать пульт, чтобы выключить его. Последние дни он стал еще более рассеянным, чем обычно.

— Мда, карабины-то, по ходу, придется самим проверять, – как бы невзначай протянул Олли. Он ждал, видимо, что все посмеются, но на него шикнули. Кто-то поднял с пола и подсунул пульт под руку Крису.

— Вопросы? – Он выключил проектор и обернулся к нам.

— Расскажи о 798-м, – сказал вдруг Олли. – Почему там случился взрыв?

— Да ерунда, небольшая авария в топливном отсеке. – Он усмехнулся. – Главная неприятность в том, что трещина пошла снаружи, по обшивке. Ну и еще – что это был пассажирский рейс, полная банка народу.

— А Крис Рангель вышел в открытый космос и остановил утечку ядерного топлива! – крикнул знаток космопедии с заднего ряда. Вокруг захлопали.

— Бинго! – Крис усмехнулся. Но глаза не смеялись.

— А что бы ты сделал, если бы тебя отбросило от корабля? – спросил Олли въедливо, когда аплодисменты стихли.

— А как же трос? – усмехнулся Крис.

— Представим, что он оборвался, – гнул свое Олли. – Что бы ты тогда сделал?

Я обернулась, хотелось сказать ему: прекрати! что за чушь ты несешь? – но наткнулась на холодный взгляд. А Крис уже спокойно отвечал:

— Ну, я бы поболтался в космосе, потом включил сканер памяти, сохранился бы на жесткий диск и слопал красную капсулу. Но ведь все обошлось. Я же везучий.

И засмеялся. А потом закашлял. И кашлял, пока все снова хлопали. А потом встал и вышел из каюты, не обернувшись на меня. И не пришел на ужин. И не отвечал на мои сообщения.

А через три часа от станции отшвартовался катер и улетел на Марс.

Я узнала об этом только на следующий день. То есть сегодня утром. Когда мы собрались в камере со скафами, перед шлюзом. Я торопилась прийти туда первой, надеялась, что Крис уже там. Но там оказался Олли, он крутился у крайнего в ряду скафа и сразу отпрыгнул, когда я вошла, как будто не хотел, чтобы я его заметила. Но мне было плевать. Я просто встала и стала ждать, когда разъедутся двери и войдет Крис. Я писала ему всю ночь. Я не понимала, что происходит.