Книга Охота на «Черный аист», страница 24 – Артём Март

— Орел, — первым буркнул Симонов.

Я пожал плечами.

— Хорошо. Победившая в жребии команда выбирает ворота или разыгрывает мяч, — проговорил Таран.

Потом он ловко щелкнул монеткой, подбросив ее над нашими головами. Поймал, хлопнул ею об обратную сторону ладони левой руки.

Я буквально чувствовал, как Сергей Симонов затаил дыхание, ожидая, какой же будет результат.

— Решка, — выдал Таран, демонстрируя всем советский герб на реверсе монетки.

Симонов состроил равнодушное лицо. Ничего не сказал. Однако во взгляде его читалась явная раздражительность.

— Ну что, Саша, вы решили? Сторону выбираете или разыгрываете мяч?

— Разыгрываем, — сказал я, без сомнений.

Таран кивнул. Спросил у Сергея:

— Какие ворота?

— Правые, — буркнул тот, пожав плечами.

Я сразу понял, что Симонов надеялся заполучить себе первый удар по мячу. Ведь в выборе им именно правых ворот был только один видимый смысл — за ними начинался бетонный забор, и если пропустить мяч в ту сторону, не придется далеко за ним бежать.

— Сейчас начнем, — сказал Таран, глядя на свои наручные часы.

Мы с Симоновым разошлись к своим командам.

— Ну че, братцы, — начал я, когда подошел к своим и мы встали в кружок, — мы первые. Начальную нашу атаку будем строить от моего удара. Помните, как я предлагал?

— Немного рискованно, — сказал Нарыв, — Если сделать сейчас, как ты предлагаешь, придется всем идти вперед. Тогда Малюга останется один против всех них.

— Только если мы потеряем мяч, — покачал я головой.

— Они чаще нас играют, — вздохнул Сагдиев, — я бы пошел от обороны.

Я хмыкнул.

— Как там говорят? Лучшая оборона — это нападение.

— Если мы потеряем мяч, они забьют, — с сомнением проговорил Нарыв.

— Тогда мы не потеряем, братцы, — сказал я уверенно.

— А я согласен, — покивал Синицын, окинув всех решительным взглядом. — Танкисты привыкли на танках своих ездить. А мы — бегать.

— Ну вот и покажем им, как пограничники бегать умеют, — улыбнулся я.

Как только Таран дал свисток, я отдал лежащий на земле мяч Синицыну. В этот самый момент и Нарыв, и Сагдиев помчались в атаку.

Синицын ловко обработал его и продвинулся немного вперед, но тут же оказался лицом к лицу с Симоновым. И, как я и сказал Диме, не рискнул с ним бороться. Вместо этого, к удивлению окружающих, отдал пас немного назад, Сагдиеву. Сам же юркнул вперед, к воротам.

Симонов, Фролов и Малышев ринулись на Сагдиева. Окружили его, и тогда Симонов насел на пограничника, стараясь отобрать мяч.

Мне нужно было добежать дальше к их воротам, за спину Смольняку, оставшемуся в защите. Тогда все должно было пойти по плану.

В этот момент Синицын был уже у ворот, с левой стороны и прятался там в слепой зоне. На него никто не обращал внимания.

Прежде чем пуститься бегом к своему месту, я успел заметить, как на удивление легко Сагдиев обыграл Симонова. В своих легких кедах он принялся быстро работать ногами и финтить, а потом пнул мяч влево, метнулся туда же и успел взять его, пока не подоспел Фролов. Сильным, но низким ударом Сагдиев пульнул мяч мне.

Не ожидавшие такого поворота Танкисты просто опешили. Они явно надеялись, что смогут втроем отобрать мяч у Сагдиева. Да только он оказался довольно ловким игроком.

Когда мяч полетел ко мне, все танкисты, стянутые нами почти к середине поля, метнулись за мячиком.