Книга Призраки Пянджа, страница 122 – Артём Март

Я поднял взгляд на Мартынова. Заглянул ему прямо в глаза. Старший сержант быстро-быстро заморгал.

— Вот ты говоришь: кусок души у тебя вырывают. А ведь ты не теряешь этот кусок, Витя, — проговорил я. — Ты его оставляешь добровольно, потому что иначе никак. И да, ты уходишь. К отцу, к мамане, к Вере. Чтобы показать им, какой человек к ним возвращается. Человек, который знает цену дому — потому что знает, что такое его терять. Который знает цену порядку — потому что жил в нем. И знает цену миру над головой — потому что слышал, каким свистом он нарушается.

Внезапно Мартынов шмыгнул носом. Отвернулся, утер глаза.

— Шамабад будет стоять, Витя. И ты навсегда останешься его частью, — сказал я, опустив взгляд. — Ты навсегда останешься в его личном составе.

Мартынов уставился в землю. Сглотнул и глянул на меня. Улыбнулся.

— Спасибо, Саша, — проговорил он тихо.

— Обращайся, — я тоже улыбнулся. — А женихов от сестры гнать — это тебе не душмана по границе распугивать. Тут тактика другая нужна. Можешь, кстати, нам потом письмо написать, посоветуемся.

— Обязательно, — рассмеялся Мартынов, и я подхватил его немного сдавленный смех.

Тихий, по-мужски сдержанный, он звучал в тишине заставы совсем недолго и оборвался так же быстро, как и начался.

С минутку мы посидели молча. А потом Мартынов вдруг сказал:

— Слушай, Саша.

— М-м-м?

— Могу я…

— Что?

— Могу я кое-о чем тебя попросить?

От автора:

* * *

🔥🔥🔥Самый редкий жанр на Author Today — ОБРАТНЫЙ ПОПАДАНЕЦ!

Читайте громкую новинку от Рафаэля Дамирова.

Уже вышел второй том, история набирает обороты!

Первый том — здесь: https://author.today/work/450849

— Конечно, — посерьезнев так, словно просьба касалась боевой задачи, ответил я.

Мартынов снова помялся.

— Сегодня, — заговорил он наконец, — когда я днем ходил до Тарана, в дозор проситься, а он мне не разрешил, я спросил его кое о чём.

— О чём?

Мартынов сглотнул. Поджал губы.

— Спросил, кто будет теперь вместо меня. Кто будет первым стрелковым командовать. И знаешь, что он мне сказал?

Я не ответил на этот вопрос. Мы даже не смотрели друг на друга. Мартынов говорил всё это, уперевшись взглядом в землю под сапогами. И я не спешил беспокоить его собственным взглядом. Знал, что это сейчас ненужно. Да и бессмысленно.

Потому я просто поднял голову. Глянул на звезды, что блестящей россыпью засыпали всё небо. Только тут, только на Границе можно увидеть такую красоту. В городе, да даже в поселке, где уже бывает световой шум — никогда. А тут — пожалуйста.

— Сказал, — продолжил Витя, — что ты будешь. Что он тебя поставит командиром отделения.

Я только молча покивал.

— Я хочу, чтобы завтра, когда я уеду, — продолжил Мартынов, — ты собрал ребят. Собрал и сказал им кое-что от меня. Сможешь?

Только теперь я глянул на Мартынова. Старший сержант почувствовал на себе мой взгляд. Почувствовал и тоже поднял глаза от земли.

— Конечно, — с легкой, теплой улыбкой, сказал я. — Конечно смогу.

— Хорошо, — Мартынов вздохнул. — Тогда слушай.

Машина приехала за дембелями в девять утра. Когда часовой по заставе распахнул шишиге из отряда ворота, дембеля уже ждали у ступеней заставы.

Вместе с ними были и офицеры. Были и те парни, которые остались сегодня свободными от нарядов.

Десять человек, десять дембелей, ярко выделялись среди остальных, одетых в повседневное ХБ. Парни нарядились в парадку, повесили на грудь награды и значки. Прицепили самодельные, нехитрые значочки, поблескивавшие на молодом утреннем солнце.