Книга Тихий дом в Кедровом тупике, страница 48 – Анна-Лу Уэзерли

— Лори, я устал. С меня хватит. Я иду спать.

Она почувствовала, как в ней закипает гнев.

— Чего с тебя хватит? Разговоров со мной? Со своей женой? Ты отказываешься объяснять мне, по какой причине женщина с работы названивает тебе поздней ночью в четверг?

— Лори, что ты хочешь от меня услышать? – Он устало вздыхает, как будто этот разговор – тяжелейшая обуза для него. – Что сразу после знакомства я стал трахать ее у тебя за спиной?

Она подскочила, расстроенная, уязвленная, взбешенная.

— Роберт, зачем ты так говоришь? – Она почувствовала, как подступают рыдания, как слезы пощипывают глаза.

— Но ведь ты именно так и думаешь, – говорит он.

— Нет. – Она качает головой. – Я так не думаю. Почему ты все время рассказываешь мне, о чем я думаю?

— Потому что я знаю, о чем ты думаешь.

— Не знаешь!

— Знаю, Лори. Это написано у тебя на лбу. Ты же не доверяешь мне, верно? Ты никогда мне не доверяла.

— Это неправда! Я… Я просто хотела узнать, почему женщина с работы…

— Да-да, помню, почему она звонит, и я ответил тебе, что не знаю! Я иду спать.

— Тогда почему бы не выключить телефон? – Лори больше не хочет задавать вопросы, но она ничего не может с собой поделать. К этому ее подталкивает интуиция. Она же доверяет Роберту, да? Но она ненавидит, когда он вот так пренебрежителен с ней, когда он выворачивает разговор так, что она начинает чувствовать себя виноватой за то, что задает вопросы. И она все еще не может прийти в себя от нелепой идеи о том, что Джек Демпстер, ее начальник, к ней неравнодушен.

— Потому что я не хотел говорить с ней, что бы ей там ни было нужно, черт побери… Лори, у тебя паранойя, только меня это не касается, ясно?

— Не касается? Я же твоя жена, Роберт. У меня есть право спрашивать, разве нет?

— Есть, и я уже тысячу раз ответил тебе. Что из моих слов «я не знаю, зачем она звонит» тебе не понятно? Послушай, я устал. Спокойной ночи.

Роберт ушел спать, один из редких уютных вечеров был испорчен и закончен. После его ухода Лори еще некоторое время сидела на диване, мысленно проигрывая разговор. Разве она повела себя неразумно? Разве у нее паранойя? Может, вообще не надо было задавать вопросы, касаться этой темы? У них так редко появляется возможность вместе провести вечер, поваляться на диване. А она все испортила, пристала с вопросами. Спустя какое-то время она легла в кровать рядом с ним, надеясь, что они займутся любовью, но он уже крепко спал.

К утру мысли Лори приняли несколько иное направление. Она никак не могла избавиться от зудящего ощущения, что что-то не так. Реакция Роберта, то, как он ощетинился, когда она задала совершенно невинный вопрос, – все это заставило зазвучать сигнал тревоги. Однако она была озадачена; Роберт мастерски умел вывернуть ситуацию так, что она начинала сомневаться в себе. Ее главная цель состояла в том, чтобы не расстраивать его. Если он расстраивался, это означало, что несколько дней он будет дуться и молчать, а она такого вынести не могла. Но иногда у нее не хватало выдержки, хотя она и знала, что ее ждет именно такое наказание именно за то, что она высказывает свои опасения.

— Послушай, мы испортим утро точно так же, как испортили замечательный вечер, обсуждая Мелани Джонс? – Роберт наливает себе кофе. Налить ли кофе ей, он не спрашивает. – Потому что если да, то я ухожу.