Книга Изгнанник, страница 239 – Женя Гравис

— Я изучал ваши записи по поводу последней беседы с Прохором Лобановым. К сожалению, полезного в них мало.

— Как я и говорил, – комитетчик водрузил очки обратно на длинный нос, – речь его в тот вечер была довольно бессвязной.

— Вы отметили, что он якобы хвастался каким-то важным поручением. Не вспомните, каким именно?

— Боюсь, что нет. Я, откровенно говоря, принял это за выдумки. До этого он утверждал, что в Роще приносят человеческие жертвы. Сами понимаете…

— И все же, – мягко, но настойчиво продолжил Самарин, – подумайте, любая мелочь, любое слово.

— Он бормотал… – Афанасий Петрович потер переносицу, – что у него важное дело, мол, не каждому такое поручат. Что скоро все изменится. Что сектантов выгонят и город заживет спокойно. Я не придал этому особого значения. А надо было?

— Я не знаю. – Самарин покосился в окно, за которым у трактира разгружали бочки. – У вас тут, кстати, отличный наблюдательный пункт.

— Врага надо знать в лицо.

— Вы тут, выходит, сидите каждый вечер, смотрите, кто приходит, кто уходит.

— На меня давно перестали обращать внимание, – грустно усмехнулся Аметистов. – Для них я безобидный, хоть и слегка сумасшедший старик.

«А ведь трактир – самое удобное место для бесед», – подумал Самарин. Где еще обговаривать дела, как не за столом? С одной стороны, на виду у всех, не вызывая подозрений, с другой – кулуарно, в том самом кабинете.

— Расскажите о завсегдатаях, – попросил Дмитрий. – Крестьяне и рабочие меня не интересуют, речь об известных людях Бронска. Они ведь тоже туда захаживают?

— Разумеется. По понедельникам городской глава ужинает со своей супругой, а по средам – с любовницей.

— А жена разве не знает? – удивился сыщик.

— Знает, конечно. Обе знают. Зато не пересекаются, так всем удобнее. По воскресеньям заходит учитель Добронравов, обычно берет два пива, быстро ужинает и уходит. Он из умеренных.

— А Анна Васильевна туда не заходила?

— Что вы? – Аметистов от волнения аж опустил очки на кончик носа. – Она женщина приличная, никогда бы одна туда не явилась.

— Я просто уточнил. Кто еще из постоянных посетителей?

— По четвергам Дуленос, Смолин и доктор Вельтман играют в преферанс. Ну, доктор с ними не всегда может, очень занятой человек. А раз в месяц и городской глава с ними пульку расписывает. По пятницам два раза в месяц Смолин и Ружич ужинают.

Внутри у Самарина что-то щелкнуло.

— Я не заметил, что они особо дружны, – осторожно вставил он. – У Андрея Кузьмича недавно прошел прием для близких друзей, и Платона Борисовича там не было.

— Таким важным людям всегда найдется что обсудить. Мало ли какие у них дела.

— Сегодня пятница. – Самарин посмотрел на календарь, висящий на стене.

— Ну да, – подтвердил Афанасий Петрович. – Оба уже там, минут десять как пришли. Порознь.

— А вам откуда знать? – засомневался вдруг Дмитрий. – Может, это просто совпадение?

— Окно кабинета на палисадник выходит. Его отсюда не видно, это верно. Но я туда по вечерам иногда хожу.

— Зачем? Слежку ведете?

— Собираю по кустам тех горемык, которые до дома не дошли после того, что у Ермилыча выпили. Сейчас, слава Диосу, лето, погоды теплые. А по зиме представляете, что может случиться? Полиция с ними возиться не хочет. А я, бывало, пару раз к Вельтману отвозил мужиков – кто палец отморозил, кто ухо…