Онлайн книга «Изгнанник»
|
Соня рассматривала картинки и читала звучные названия, поражаясь приведенным ценникам. Токай конца прошлого века из частного погреба одного венгерского аристократа. Осталась всего дюжина бутылок. Старый херес из Андалусии: бочки с ним будто бы спасли из монастыря во время беспорядков, с тех пор вино сопровождает легенда «о вкусе дыма и ладана». «Ледяное» вино из Мозеля, сделанное из винограда, прихваченного морозом… Все это было крайне увлекательно, но вряд ли возможно в санатории «Горное солнце». Маловероятно, чтобы кто-то из братьев успел купить и доставить сюда хотя бы одну из этих бутылок. Для этого пришлось бы ехать как минимум в Бухарест, а то и в одну из соседних стран. Увы, никаких заметок и загнутых страниц в каталоге не обнаружилось. И Соня, полистав его еще немного, отложила в сторону и взялась за книгу, которую брала читать Марта Грубе. «Три недели» некой Элинор Глин. Наверняка это какое-нибудь скучное практическое руководство о том, как меньше чем за месяц привести в порядок питание или семейный бюджет. Фрау Марта любит четкие инструкции. Соня раскрыла книгу и углубилась в чтение. * * * — Не нравится мне, что эта рыжая про букет расспрашивала, – ворчал Тома, идя к прачечной. – А если она в цветочную лавку сунется? — Ну и что, – пожал худыми плечами Митруц. – Скажешь потом, что перепутал или забыл, где цветы взял. И вообще, может, рассказать ей про доброе дело, а? Она хорошая. Ты не смотри, что девчонка, она не трусиха… — Не вздумай даже! Это секрет, понял? Что ты ей расскажешь, что у ее тетки тетрадку украл? — Да понял я. Нет так нет. Через несколько минут они дошли до здания прачечной, где остановились. Митруц осторожно заглянул за угол: — Ты, Тома, лучше тут постой. Не надо Ленуте лишний раз на глаза попадаться. — А что это не надо? – вскинулся Тома. — Ты все испортишь. Я сам. Митруц вдруг почувствовал себя взрослым и важным. Не все ж Томе командовать, теперь он сам может что-то решить. И, если честно, хотелось его немного поддеть и заставить помаяться. А то, понимаешь, деньги взял за дельце, а сам палец о палец не ударил. В прачечной было жарко и сыро, так что Митруц сразу взмок. Вокруг клубился густой пар, и прачки в нем казались почти призраками. Шумели стиральные машины, булькал кипяток в огромных чанах. Митруц на минуту задержался у агрегата, который отжимал мокрое белье, прокатывая его между большими валами. Ужасно хотелось самому покрутить ручку этой махины. На мальчишку никто не обращал внимания: был он здесь не в первый раз, прачки к нему уже привыкли. Перепрыгивая через ручейки мыльной воды, Митруц добрался до соседнего помещения. Здесь было не так шумно и уже не сыро, а наоборот, очень сухо, но все равно жарко. Тут тоже стояла машина – катковая, которая делала гладкими простыни. А наволочки, полотенца и одежду гостей гладили вручную. В любое время года в углу горела большая печь, на которой грелись тяжелые чугунные утюги. Одним из них сейчас ловко орудовала Ленута, разглаживая складки на крахмальном воротничке. Митруц подождал, когда она закончит, отложит утюг в сторону, и лишь тогда вышел, чтобы она его заметила. — Ой! – Сестра отпрянула от неожиданности. – Митруц, ты что тут делаешь? Что-то случилось? — Не-а, я просто забежал. |