Книга Меж двух огней, страница 81 – Артём Март

— Ты собрался сбежать, — с отвращением прошипел Забиулла, приподняв подбородок. — Так, американец?

Стоун взирал на все происходящее совершенно равнодушно. Вместо ответа он только пожал плечами.

— Я исполняю свою часть договора, уважаемый Забиулла. Договора…

— Нет, ты бежишь, словно крыса из затопленного подполья, — с отвращением перебил его Забиулла.

— Договора, — не обратив никакого внимания на слова старого командира, продолжил американец, — что лежит далеко за пределами вашего понимания. А договор гласит — вывезти оружие из пещер…

— Вероломная собака, — бросил ему Забиулла.

— … или же уничтожить его, если возможность незаметно вывозить исчезнет.

— Возможность остается, — возразил полевой командир.

— Возможность потеряна уже давно, — сказал Стоун. — С того самого момента, как советы захватили «Призрака» Тарика Хана. С того самого момента, как узнали о «Пересмешнике». Пакистанцы сами еще этого не поняли. Но я смогу доходчиво донести им это. Когда выберусь отсюда.

— Ты останешься здесь, — зло, отрывисто произнес Забиулла.

— А какой в этом смысл? — удивился Стоун. — Какой резон? В Хазар-Мерд стало опасно. Слишком много своего внимания советы обратили на эти пещеры. Это знак, Забиулла. Знак, что пора заканчивать. Хорошо, что удалось спасти хоть что-то.

— Абдул Халим приказал вывести все! — настоял Забиулла.

— И сам будет отвечать перед пакистанцами за то, что у него не получилось, — пожал плечами Стоун. — А я, уж извините, за идеалы умирать не привык. Иначе погиб бы еще на службе в ЦРУ.

— Взять его, — бросил разозлившийся Забиулла.

Никто из его сопровождающих даже не пошевелился.

Забиулла нахмурился. Принялся озираться.

— Вы что, потеряли слух? Взять его!

Похожий на гризли моджахед подсек Забиулле ноги быстрым ударом приклада. Командир моджахедов упал на колено. Другой подскочил к нему, врезал прикладом еще раз, но уже по лицу. Когда Забиулла упал, моджахед принялся доставать у него из-за пояса пистолет и нож.

— Предатель… — зашипел Забиулла, когда немного очухался от сильного удара и отплевался кровью и зубами, — да обрушит Аллах гром и молнию на твою голову!

— Вопреки твоим суевериям, — Стоун только сейчас снял ногу с ящика патронов, — миром правит отнюдь не Аллах. Деньги. Деньги правят миром. И твоя собственная охрана — главное тому доказательство.

Забиулла замер, глядя на Стоуна дурными глазами.

— Твои люди, представь себе, — продолжил американец, — не хотят умирать. Зато очень хотят денег. Я тоже, представь себе, совершенно не хочу умирать. И очень хочу денег. А еще мне не хочется разгребать все то дерьмо, что закипит здесь, как только сюда нагрянут советы.

— Они не дойдут, — прошипел Забиулла.

— Не дойдут эти, дойдут другие. Особенно когда их генералы увидят, с каким яростным сопротивлением мы защищаем эти пещеры.

Стоун несколько театрально поднял взгляд к потолку. Сделал вид, что задумался.

— Тебе не показалось бы это подозрительным, а? Мне вот — очень. Потому, — голос Стоуна похолодел, — пора заканчивать наш маленький праздник жизни. Я хотел сделать все тихо, чтобы не нарушать твоей тонкой душевной организации, старик. Но, как я и думал, ты оказался излишне ретив в своем рвении служить.

Стоун отвернулся от Забиуллы. Обернулся, наблюдая, как рабочие, которых будто бы совершенно не беспокоило все происходящее между Стоуном и Забиуллой, заканчивают загрузку машин.