Книга Позывной: "Дагдар". Часть 1, страница 30 – Артём Март

— Кто тебе их отдает? Имя, звание?

Он поджал губы. Покачал головой.

— Не знаешь, — выдохнул я. — Ну ладно.

Тут я не стал давить. Решил, что он правда не знает. Вряд ли бы простому информатору сообщили, для кого конкретно он шпионит.

Каширин снова забормотал, зашептал, голос его нервно, даже судорожно дрожал. Радист слезно просил никому не рассказывать. Говорил, что узнай кто на заставе, ему конец. Свои же загнобят, за стукачество. Житья не дадут, затравят.

Я спрятал книжку во внутренний карман кителя. Посмотрел на него. Он трясся, как осиновый лист.

— Как передавал информацию? Телеграфом?

— Я… Как придётся… Но в основном… Да…

Я вздохнул.

— Ключи шифрования сюда. Быстро.

Каширин занервничал, закопошился. Быстро достал из ящика стола сумку. Извлёк оттуда книжицу и перепуганно сунул мне.

— Значит, слушай сюда, — сказал я, похлопывая книжкой о ладонь. — Передавать информацию в КГБ будешь как раньше. Но теперь — всё через меня. Там не должны заподозрить, что их информатор погорел. — Обо мне тоже будешь передавать. Но только то, что я тебе сам скажу. Понял?

— Вы… Вы ведь ничего никому не расскажете? — Только и смог выдавить Каширин. — Правда? Не расскажете же, да?

— Если будешь делать всё правильно, и слушаться, то нет, — покачал я головой. — Будешь жить, как раньше. Но если я заподозрю, что ты что-то крутишь…

— Понял, понял, товарищ прапорщик, — закивал он быстро. Потом покосился на дверь, когда кто-то прошёл у входа в землянку. — Честное слово даю, без вашего ведома ни-ни!

— Смотри мне, Юра, — я хитровато прищурился. — Ну ладно. Свободен. И в мангруппу не забудь передать всё, что я тебе сказал.

— Будет… Будет сделано в лучшем виде. — Каширин снял кепи, утёр вспотевший лоб.

— Ну и хорошо.

Я вышел на улицу. Уже вечерело. Застава дышала почти привычной, солдатской жизнью. Казалось, бойцам не было дела ни до Каширина, который бессовестно стучал на них, ни до Горохова, который сидел под конвоем в бане, даже до начзаставы Чеботарёва, что бухал водку на КП.

У них были свои дела. Своя служба, налаженная по часам.

Я вздохнул. Сунул книжку с шифровальными ключами под мышку и пошёл к каптёрке.

Мда. Сам того не зная, Каширин сослужил мне хорошую службу. В КГБ уже знали, что я допрашивал пленного духа. А значит, они совсем скоро придут за ответами.

И уж тогда поторгуемся.

* * *

Ноги подкашивались. Каждый шаг отдавался болью в рёбрах, в разбитой челюсти, в стёртых до крови лодыжках. Стоун плёлся в середине колонны, сплёвывая горькую слюну и стараясь не смотреть на конвоиров. Если смотреть, они подумают, что он хочет бежать. А бежать он не мог. Даже если б очень захотел.

Впереди, над серыми скалами, уже показались первые постройки — несколько приземистых пастушьих саклей из камня и глины, вросших в склон, загон для скота, чахлые деревца у ручья. Пост работорговца Махди. Стоун выдохнул. Дошли.

Никогда в жизни Стоун не думал, что будет этому рад. Но он радовался. Теперь его ждёт горячая еда и несколько часов отдыха под сухой, тёплой крышей. Сейчас это показалось ему пределом счастья.

Люди Махди встретили их настороженно. Стоун насчитал человек десять, не больше, но все вооружены — кто-то автоматами, у некоторых — старые английские винтовки. Смотрели исподлобья, пальцы держали на спусковых скобах. Мэддокс шагнул вперёд, развёл руками — мол, свои, не стреляйте. Гаррет и остальные держались наготове.