Книга Они были братьями. Часть 1, страница 18 – Артём Март

— Нет, — сказал Саша.

— Тогда я закричу. — Голос парнишки дрогнул. — Я закричу, и вас всех схватят. Ты этого хочешь?

Саша видел, как раздуваются его ноздри. Как пальцы сжимаются в кулаки. Парнишка не шутил. Он действительно готов был закричать. Взгляд парня бегал от Сашиного лица к ножу, зажатому в его кулаке.

— Я… — Саша шагнул к парню.

— Эй! — подал он вдруг голос…

Тогда Саша рванулся к парню и ударил его ножом в горло. Быстро. Без замаха. Парнишка не успел прокричать больше ни слова. Кровь брызнула Саше на грудь. Тело парня осело на землю.

Саша выпрямился. Вытер нож о штанину. Вышел из клетки.

Самад застыл у решётки. Лицо у него было белое. Нур-Мухаммад молчал. Оба смотрели на Сашу.

— Пошли, — сказал Саша, утирая лоб дрожащей рукой. — Быстрее, скоро сюда обязательно кто-нибудь придёт.

Они двинулись дальше. Саша вёл их вдоль стены, от тени к тени. Он уже знал, где стоят посты, где ходят патрули, где можно проскочить незамеченным. В прошлый раз он попался у конюшни. В этот раз он был готов.

У конюшни горел одинокий факел. Саша прижался к стене и выглянул. Главный надсмотрщик стоял у входа. Он курил. Медный браслет на его запястье блестел в свете факела. Саша узнал его сразу.

Он мог обойти надсмотрщика. Мог увести группу другой дорогой. Но он не стал.

— Ждите здесь. Если через минуту не вернусь — уходите одни. Ворота там, — быстро проговорил Саша.

И пошёл вперёд, не давая возразить ни Самаду, ни Нур-Мухаммаду.

Надсмотрщик заметил его, когда Саша был уже в трёх шагах. Он выронил сигарету. Рука дёрнулась к нагану за кушаком, но Саша уже прыгнул на него. Вместе они упали, покатились по земле. Надсмотрщик был сильный, но Саша не дал ему закричать. Он бил его ножом. Бил куда придётся и как получится. Надсмотрщик же — хрипел и стонал, пытаясь оттолкнуть от себя Сашу. Но Саша бил. Бил, пока надсмотрщик не перестал сопротивляться. И даже после этого Саша продолжал наносить удары.

Раз. Второй. Третий. Неведомо какой…

Он остановился, только когда понял, что надсмотрщик уже мёртв. Поднялся, тяжело дыша. Посмотрел на тело. Вспомнил, как этот человек улыбался, когда избивали Хабиба. Как он бил палкой по прутьям. Как он хохотал, глядя на избитого новичка.

«Хороший русский. Начинаешь понимать», — вспомнил Саша его слова. И плюнул на тело.

Он забрал у убитого наган. Вернулся к группе. Самад и Нур-Мухаммад ждали. Самад дрожал, но молчал.

— Пошли, — сказал Саша холодно.

Его собственный голос показался ему чужим. Нет. Не чужим — Пашиным. Голосом его брата. Таким же холодным и безэмоциональным.

От этого Саша почему-то почувствовал, как под ложечкой приятно засосало. Но он не дал себе времени насладиться этим чувством.

У клеток уже кто-то суетился. Кто-то кричал. Видимо, люди Махди обнаружили труп. Нужно было торопиться.

Они двинулись к выходу. По пути Саша увидел хлев. Изнутри доносились голоса. Он заглянул в щель. Там, на грязной соломе, сидели люди. По большей части молодые мужчины и несколько стариков. Они были привязаны к железным кольям, вбитым в землю. Как собаки.

Саша отпер засов. Вошёл внутрь.

— Что… Что ты делаешь⁈ — удивился Нур-Мухаммад. — Нас уже ищут! Ещё минуту и…

— Мы не можем их так оставить, — оглянулся Саша. И не проронил больше ни слова.

«Я не могу их оставить, — думал Саша, следуя к одному из мужчин, который в темноте показался ему покрепче, — я должен их освободить».