Книга Они были братьями. Часть 1, страница 20 – Артём Март

Внутри шёл бой.

Я опустил бинокль.

— Саша там, — проговорил я тихо себе под нос. — Надеюсь, ещё там.

Я поднялся, повесил автомат на плечо и уже собирался было спускаться вниз. А потом грохнуло так, что эхо хлопка чудовищным раскатом прошло по горам. Горящие обломки взмыли в воздух, словно бы в замедленной съёмке. Принялись яркими звёздами падать к земле.

Я застыл на месте.

Это взорвался главный, хозяйский дом поместья.

Я застыл, наблюдая, как обломки разлетаются по округе. Падают во двор и за высокий забор, заставляя зевак в страхе бежать прочь.

Большой, двухэтажный дом не рухнул от взрыва. Бабахнуло где-то на первом этаже, разрушило стену, разметало крышу. Почти весь второй этаж был уничтожен.

Где бы ни был сейчас Саша, я надеюсь, он оказался не рядом со взрывом.

Нужно было торопиться.

Я спустился с гребня быстро. Ноги сами несли меня вниз, хотя бок уже не просто ныл — он буквально орал о том, что нужно передохнуть. Остановиться. Но я не мог позволить себе передышки прямо сейчас. Я просто не думал об усталости. Всё моё внимание было сосредоточено только на том, что происходит впереди.

Кишлак встретил меня переполохом. Люди бежали по узким улочкам, кричали что-то на дари. Какая-то женщина тащила за руку двоих детей, не обуваясь, прямо по пыльной дороге. Старик с фонарём стоял у мечети и смотрел в сторону поместья. Никто не обращал на меня внимания. Я был для них чужаком, вооружённым человеком, но сейчас, в этой суматохе, им было не до меня.

Я миновал окраину кишлака. Поместье Махди стояло на отшибе, отделённое от основного поселения невысоким каменистым пустырём. Отсюда его было видно целиком — высокая стена из сырцового кирпича с фронта, массивные ворота. Сторожевые вышки по углам связывал деревянный забор. Ворота были распахнуты. У входа толпились люди — в основном местные жители, которые прибежали на пожар. Кто-то тащил ведро с водой, но внутрь не заходил. Все просто стояли и смотрели.

Я обошёл поместье слева. Здесь, с тыльной стороны, не было никого. Каменная стена здесь встречалась с деревянной. И деревянная часть оказалась ниже, чем камень спереди. В одном месте, на стыке, в ней зиял пролом — видимо, кто-то уже успел поработать до меня, сломав доски, связывающие дерево с кладкой. Видимо, бежал, спасаясь от пожара. Я пролез внутрь, стараясь не задеть больной бок о края пролома.

И оказался в аду.

Жар ударил в лицо сразу. Главная сакля пылала. Хозяйственные постройки пылали. Пылали жилища подкулачников Махди — небольшие сакли. И пламя освещало весь двор — ярко, неровно, подрагивая от порывов ветра. Чёрный дым стелился низко, застилая землю, и от него першило в горле. Глаза немилосердно слезились. Пахло гарью, горелым деревом и ещё чем-то — сладковатым, тошнотворным. Горелым мясом.

Я присел у стены, прижавшись к ней спиной. Достал один из двух оставшихся ИПП, вскрыл и наскоро сделал себе повязку на лицо, чтобы не надышаться дыма. Автомат держал наготове. Потом осмотрелся.

Тут и там во дворе лежали тела. Одни точно были людьми Махди. Но другие… По правде говоря, сначала я решил, что переполох здесь начал Карим-Паша, успевший добраться до работорговца раньше меня по дороге и конным ходом.

Вполне логично было ожидать, что раз уж заговор их провалился, командир разбойников (слово «главарь» с Пашой совсем не вязалось), станет точить зуб на работорговца.